Ты ведь офицера по фамилии Ветров, знаешь?
— А имя и отчество как? — я сделал вид, что удивился. Дедок действительно был полон сюрпризов. — Случайно не Алексей Семенович?
— Верно. Он самый.
— Это замполит наш. Вы и его знаете?
— Я много кого знаю, Максим! — загадочно усмехнулся Василий Николаевич, затем протянул мне бутылку. — Работа у меня была такая, много где довелось побывать. Скажешь Алексею, что от меня. И привет ему передай. Кстати, как он тебе?
— Ну… Странный!
— Есть такое дело… — усмехнулся Кикоть.
— И еще, держи мой телефон… Если нужна будет какая-то помощь, звони. Чем смогу, тем помогу!
Он выудил ручку, отошел в сторону к бетонному парапету и написал там номер. Затем передал мне.
— Спасибо, Василий Николаевич! — ответил я, принимая клочок бумаги, вырванный из старенького блокнота.
Крепко пожав ему руку, мы попрощались и разошлись. Бутылку я сунул в свой вещевой мешок, после чего отправился к выходу с автовокзала.
Проблема в том, что здесь практически никакого общественного транспорта уже не было.
На юге граница, там же наша часть. Местные жители перемещались как-то по своему, на грузовиках, тракторах, а кто-то и на телегах, запряженных лошадьми.
От Мары до моей воинской части около восьмидесяти километров, далековато, чтобы идти пешком. Погода хреновая, еще немного и дождь польет. Холодно, ветер поднялся. Бегать по городу и искать транспорт, на котором я могу добраться до своей воинской части — само по себе глупо."
"К счастью, проблема решилась сама собой.
Едва я покинул автовокзал и направился в сторону авиабазы, как позади меня раздался шум двигателя. Обернувшись, я увидел приближающуюся «Шишигу». Так как я давно уже был по военной форме, на меня обратили внимание. Скрипнув тормозами, ГАЗ-66 остановился чуть впереди меня и из кабины выбрался… Рядовой Чоговадзе, грузин по кличке Чага.
— Вай, Громов! Ты что ли? — обрадовался он, обходя кабину.
— Я! А ты тут чего катаешься, топливо зря прожигаешь?
— Обижаешь! — широко улыбнулся тот.
— Я теперь водитель, пищу возить в нашу часть назначен. У нас кухня все. Сломался.
Зная ломаную манеру общения грузина, понять его было сложно, поэтому приходилось переспрашивать и уточнять.
— Кухня сломалась? — удивился я. — Как так случилось?
— Ой, слушай, я не знаю как. Мне сказали ездить, вот я и езжу. Кушать-то надо солдатам? Вот, третий день одно и то же.
— Один ездишь?
— Нет, в кузове еще шестеро наших сидят. Из второй роты.
