Книга Мизгирь — читать онлайн бесплатно полностью

– И ты решила убить её этим колом? Как вампира? Прекрасное основание и мотив для убийства человека, – Гена усмехнулся, осторожно раздевая дочку, – Ты себя вообще слышишь? Я ещё не отошёл после твоей первой выходки, когда ты посреди ночи трясла Еву, а ты уже кидаешься на посторонних людей.

– Я ни на кого не кидалась! – вновь вспыхнула Лера.

– Тише, – пшикнул на неё Гена, – Я бы вообще тебя не подпустил сейчас к ребёнку, но нужно покормить её. Так что иди, мой руки, переодевайся и займись Евой, а после я сам буду с ней водиться.

Надеюсь, хоть ужин в доме имеется?

– Нет, – отрезала Лера, – Я не успела приготовить, ты же видел, я только что приехала.

– Ну да, – развёл руками Гена, – Как же не видеть. Всё понятно, значит, есть нечего.

– Ты можешь сварить пельмени!

– Так и сделаю, пожалуй, и, кстати, где ты была? В поликлинике с Евой?

– Нет, – Лера замялась, говорить ему или нет, – Я была у наших бывших хозяев.

– Зачем?

– Передала им вещи, что нашла на чердаке и расспросила немного обо всём этом, но они ничего не сказали.

– А что они должны были тебе сказать? – вскинулся на неё Гена, – Что ты хотела услышать? Что в доме живёт злой дух, что Галя – ведьма, а в окрестных лесах водятся черти?

Он захохотал.

– Что-то вроде того я и ожидала вообще-то услышать, – процедила себе под нос Лера.

– Ненормальная, – покачал головой Гена, – Меня всерьёз стало пугать твоё состояние. Иди, вымой руки, прошу тебя, и накорми ребёнка. А я не хочу с тобой больше ни о чём говорить.

Глава 17"

"Гена молча стоял в дверях и смотрел, как Лера кормит дочку грудью, чуть покачиваясь в любимом кресле и глядя в окно, за которым уже совсем стемнело.

В его глазах боролись тревога и злость одновременно, но с каждой минутой гнев уходил, отступал, всё больше уступая место здравому смыслу. Его любимая жена очень изменилась после рождения дочери, хотя и не сразу. Когда же это произошло? Ах, да, спустя буквально три недели после переезда. Он начал замечать, что Лера, всегда такая уравновешенная, тихая и ласковая, стала вдруг очень мнительной, раздражительной и пугливой. Она могла раскричаться из-за оставленных у порога немытых ботинок или не так поставленной чашки в шкафу, хотя раньше на такие пустяки даже и не обратила бы внимания. Нет, он, конечно, понимал, что она очень устаёт с ребёнком, целыми днями дома одна, бабушек и тётушек у них не было, но ведь он тоже не сидел, сложа руки, приезжая с работы, старался помочь Лере по дому, как мог.