Судя по размеру и твердости, членом на самом деле можно было сломать парту. В брюках не осталось ни одного свободного сантиметра, и казалось, эта дубина вот-вот порвет металлическую молнию.
Пожалуй, в одежде мужское достоинство Крамера выглядело не менее впечатляющим, чем без нее. Совершенная часть совершенного тела. И прямо сейчас эта штуковина могла оказаться во мне.
— Леш, сюда могут войти. В соседних классах еще занятия идут. А у уборщицы вообще ключи от всех кабинетов.
Я чуть не захныкала, убирая руку с паха.
Хотелось послать все к чертовой матери. Расстегнуть ширинку, опуститься на колени и попробовать, какой Леха на вкус.
Губы саднило от такого желания. Никогда не была любительницей минета, а тут… словно рассудок помутился. И не смущало, что мы в классе, где я почти каждый день веду занятия. На парте, за которой сидят мои ученики.
Чужое безумство заражало. Сбивало с толку. Будило во мне что-то… незнакомое.
— Всегда хотел угостить тебя на школьной парте… — Будто мыслей о твердости под пальцами мне было мало, Леха расстегнул ширинку и оттянул вниз резинку трусов.
— …вот этим.
Он сам положил мою правую ладонь на свой ствол и заставил провести по всей длине.
— Давай, родная. Расскажи ему, как ты соскучилась.
— Извращенец.
Не удержавшись, я коснулась большим пальцем бархатной налитой головки. Размазала выступившую каплю влаги и невольно заерзала.
— Нравится? — паршивец ухмыльнулся. — Хочешь почувствовать его в себе?
— Дома! Только дома. — Не знаю, как я смогла это выговорить.
— Обязательно. Дома продолжим.
Он надавил ладонью мне на грудь, заставляя откинуться спиной на столешницу, и вклинился бедрами между ног.
— А сейчас я тебя немножко потрахаю, чтобы можно было добраться до этого дома без ДТП.
Решительно сдвинул в сторону мои многострадальные трусы и толкнулся двумя пальцами внутрь.
Словно не было сутки назад безумного секса, будто не загибалась от оргазмов, я чуть не взвыла. Это оказалось слишком остро. Мышцы живота сжались, и спина выгнулась дугой.
Чтобы не заорать, пришлось больно укусить себя за щеку изнутри.
— Какая у нас тут мокрая училка.
Леха с чавкающим звуков вышел. Как эскимо, облизал пальцы. И снова загнал их в меня до основания.
— Признавайся, о чем ты таком думала? — стал ритмично двигать рукой уже без пауз. Скользил, слегка раздвигая пальцы. Растягивал меня, подготавливая…
— О занятиях.
— Ну-ну…
Пальцы исчезли, и вместо них меня резко протаранил член.
