А вот с самой продолжательницей рода срочно нужно было разбираться.
В мыслях о том, как именно буду укрощать Польку, я поздно вечером вернулся с работы домой. Поздоровался с подозрительно улыбавшимся консьержем. И поднялся на свой этаж.
Сегодня не на лифте. Пешком, чтобы хоть как-то разгрузить гудящую голову.
К сожалению, особо не помогло. Остановился у окна на лестничной площадке. Вдалеке, как огромное НЛО, садилось солнце, Темзу заливал его мягкий оранжевый свет. А у меня перед глазами все еще проносились страницы с отчетами и длинные таблицы цифр.
Да, не таким я был лет пятнадцать назад, да и десять — тоже. Всего тридцать пять, а уже пованиваю нафталином. В бар не тянет совсем. В холодильнике вместо хорошего английского пива упаковка воды. И все желания примитивны до безобразия: поесть, увидеть Польку и упасть лицом в матрас. Проспать до утра.
Сколько там шагов от верности до импотенции? Я, наверное, их уже протопал. Сгубила ведьма зеленоглазая. Привязала к себе и бросила.
Об этом я подумал, когда открывал дверь и снимал обувь.
"
"А потом ни о чем уже не думалось.
Как робот без подзарядки, опустился на сиденье дивана. Кое-как стянул с себя пиджак, расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке. И накрыло.
«Тот самый день» во всей красе.
Где-то впереди в черном квадрате телевизора отражалось окно и закат. Во внутреннем кармане пиджака тихо, на виброрежиме, звенел телефон. А я ничего не хотел, не мог и лишь медленно втягивал в легкие воздух.
Минуту.
Другую.
Третью…
Пока не почувствовал, как кто-то приятно мнет плечи.
Со знанием дела. Настойчиво.
Как по затылку, рассылая по телу дрожь, скользят острые ноготки.
Это был кайф! Нирвана! Прямой экспресс в рай!
Меня расплющило от удовольствия настолько, что даже глаза открыть не мог.
— Если ты галлюцинация, пожалуйста, не заканчивайся, — с урчанием, как самый настоящий кот, произнес я.
— И кого же ты представляешь в своей галлюцинации?
Теплое дыхание коснулось ушной раковины, и остатки моего мозга сплыли по позвоночнику в трусы.
— Блондинку. С четвертым размером груди.
Пальцы на моих плечах прекратили массаж и сжали кожу, словно плоскогубцы.
— Кого?! — это уже был не прежний нежный шепот, а настоящее рычание.
— Красотку с голубыми глазами, круглым задом. И согласную на все, — вместо покаяния продолжил я.
— Лех, а ты не оборзел, часом, от вольной жизни?! — Пальцы исчезли совсем.
Моя длинноногая зеленоглазая галлюцинация в несколько шагов обогнула диван.
