– Виточка, милая моя, спасибо, я тебе по гроб жизни обязана, что я делала бы без паспорта и денег, – Белла говорила все и это и одновременно пыталась расцеловать спасительницу, та же, с детства не перенося телячьи нежности, как могла отбивалась.
В ресторан зашли, неся покупки, Татьяна с Юрием и, увидев, как Белла целует Виолетту, восприняли все как общее веселье. Они, перебивая друг друга, стали рассказывать о старом китайце и его лавке. Во время разговора присоединились и Дмитрий Иванович с Капуней. Последняя выразила желание сходить в эту лавку и стала уточнять, где она находится.
– Пока вы там развлекаетесь с гаданиями и русскими китайцами, я пытаюсь решить нашу проблему, – проходя мимо Юрия, зло шепнула ему на ухо Виолетта.
– Ну и как ваши успехи? – так же тихо спросил Юрий.
– Вашими молитвами, но молитесь вы плохо, Юрий, очень плохо, – ответила она раздражительно.
Последним сел за стол Семен и тоже присоединился к бурному обсуждению дня. Александрова по традиции уже никто ждать не стал, как-то все уже привыкли, что он не с ними, да и лучше без него.
Александра Александровича полностью перестали воспринимать как руководителя группы после того, как к нему пришли Виолетта с Татьяной пожаловаться на разгром в комнате. Бывший куратор, не вставая с кровати, послал их по-русски далеко и надолго, после этого на нем окончательно поставили жирный крест."
"– Этот наш якобы руководитель лежит на кровати бледный как смерть, смотрит в потолок и постоянно бегает на этот дурацкий балкон курить, – начал рассказывать Валерий Леонидович.
– Я пригласил его на ужин – так он даже не удостоил меня своим ответом. Но с вашего позволения я после ужина возьму в номер еды: может, пожует чего, мы же не звери какие, сочувствие к людям имеем.
– Как он на тот балкон выходит? – спросил Семен. – Я попытался выйти – так он весь дребезжит, мне так показалось, что он вообще декоративный, весь из тонких железных прутьев, а вместо пола три железных листа шириной сантиметров десять, жуть. Красивый, да, но хлипкий.
– Так он курит как паровоз, в комнате я запретил, у меня легкие слабые, мне никак нельзя дышать дымом, а бегать вниз ему лень – вот и выходит на балкон.
И все, на этом про Александрова забыли. Началось веселье, вкусная еда, китайское пиво и танцы. Под конец вечера, уже с контейнерами еды под мышкой, слово взял опять Дворников.
– Дорогие мои, – начал Валерий Леонидович, – я приготовил вам всем сюрприз. Хорошо, что меня сейчас не слышит моя жена.
