Меня в фирме предупредили, что они всегда ездят через бизнес-зал, но я решила поспорить и сказала, что это будет дороже на две тысячи пятьсот рублей на человека. Александров кивнул и вынул деньги. Все! Но Ирина, которая возила группы BRELLO до этого, сказала мне, что даже в будний день, когда обычные залы пустые, они все равно вели все группы здесь, опять же по просьбе Александрова. Конечно, это никак не возбраняется и никаких подозрений не вызывает, так как это и правда комфортнее, и удобнее.
– Теперь вопрос как родственник родственнику: ты почему семью позоришь, почему Самоваров у тебя стоял за Курчатовой, у кого-то проблемы с алфавитом?
– Как родственник родственнику отвечаю: как ты мог обо мне так подумать – о победительнице всероссийской олимпиады по русскому языку! На самом деле я сама в шоке: когда на таможне увидела списки, сначала ничего не поняла.
Но он подошел ко мне и объяснил. Мол, Самоваров – это его фамилия по матери, он недавно решил взять ее фамилию, но он не успел в заграничном паспорте поменять, очень просил никому не говорить.
"
"– Вам, девушка, за подозрение в безграмотности пардон! Я забыл, что имею дело с полиглотом. Ну и какая же фамилия у нашего Монте-Кристо, что он так не хотел ею светиться – Дантес?
– Почти, – ухмыльнулась Капуня и осторожно показала списки. Дмитрий взглянул и присвистнул.
– Да, путешествие становится все интереснее и интереснее.
* * *Олечка на корабле забралась подальше от всех. Она вчера почти целый день просидела у окон реанимации и молила Бога.
– Миленький Боже, пусть он только будет жив, пусть не со мной, с другой – только жив. Он самый прекрасный человек на свете, умный, добрый, красивый, у него прекрасное чувство юмора. Помоги ему, Боже, спаси его, мне надо просто знать, что он есть, что он жив, что он счастлив.
Она прекрасно знала, что шефу нравилась красавица Ника, одна ее золотая коса могла поразить воображение любого мужчины. Если добавить сюда еще глаза цвета василька и стройную фигуру модели, то не устоял бы никто.
Олечка рассуждала здраво: во-первых, зачем он Нике, он хоть и шеф отделения, но не «орел», да еще и старый для нее. Во-вторых, ей верилось, когда-нибудь он поймет, что Олечка хоть не такая красивая и молодая, зато очень преданная и любящая. Именно это хотелось ей показать шефу в поездке. Но сейчас ей было уже все равно, пусть будет хоть с кем, даже с Никой, только пусть будет жив.
