— Олька! — я не могу перестать тормошить ее, трогать, хотя она в сознании и нормально дышит.
Но страх в груди такой, что дышать невозможно. Колотит всего и больно тянет. Так вот и инфаркт схвачу, с Шипучкой своей сумасшедшей! Сука, не тридцать лет мне уже! Иногда возраст очень даже чувствуется. Вот как сейчас.
— Все нормально.
Она пытается оттолкнуть мои руки и сесть, но я не пускаю. Так и держу ее, прижав к себе, возвращая в положение полулежа.
— Нормально все, Олег! Отпусти меня!
Она слишком слаба, чтоб сопротивляться, и я этим бессовестно пользуюсь.
Как и всегда.
— Лежи. Игнат проверит. И вообще, тебе еще неделю там лежать надо.
— Нет уж!
Она дергается еще пару раз, пока не понимает, что это бессмысленно, и укладывается на мою грудь, бессильно вздохнув.
Какое-то время мы едем в молчании.
А потом она все же начинает говорить:
— Олег, зачем ты опять, а? У тебя все налаживается, я смотрю, невеста красивая. Зачем приехал?"
"— Да какая еще невеста? — не выдерживаю я, повышаю голос, — ты с ума сошла, Ольк? Какая у меня может быть баба, кроме тебя?
— Высокая.
Красивая. Блондинка.
Я ловлю в зеркале виноватый взгляд Васи.
— Извини, Олег, — басит он, заметно стыдясь, — я думал, она не узнает. Все уже улажено.
Я молчу. Смотрю.
Ну давай, старый волк, говори.
И Вася выдает охерительную в своей простоте и наглости историю о том, что на недавнем благотворительном сборище, где я фотографировался хер знает с кем, одна из этих хер знает кого после съемки доверительно сообщила журналистам известного интернет-портала, что она типа моя невеста.
Нахрена такая новость, я даже не собираюсь понимать. Наверняка, причины есть. Может, известность? Побыть немного невестой богатого иностранца… Нехилый взлет карьеры. А потом можно придумать историю расставания.
А я же лох иностранный. Может и не узнаю даже ничего. Мимо меня история моей помолвки и расторжения ее пройдет.
Ситуация простая и глупая.
А шарахнула по мне нехило.
Хорошо, что, судя по роже Васи, все виновные понесли наказание. Я даже не уточняю, какое. Знаю, что Вася, несмотря на внешнюю тупость, очень изобретательный парень.
Главное теперь — донести до моей Шипучки, что я не верблюд.
И уговорить все же полежать в больничке немного.
А, может, к кровати привязать?
Мысль о привязанной к спинке кровати Шипучке будоражит и радует.
И воспоминания будит.
Хорошие такие.
19.
