Через эти полчаса я понял, что задача гладкого вхождения в среду фронтовых офицеров, на которых я мог рассчитывать в дальнейшем, можно сказать, выполнена. И как говорил Кац – после того как у офицеров Туземной дивизии сложится впечатление, что в Петрограде великий князь проявил себя как настоящий мужчина, то примут они его всем сердцем и уже не будут обращать внимание на несоответствие нынешних привычек Михаила Александровича тем, которые имел генерал-лейтенант до отъезда в столицу. Была снята проблема, которая грызла мой мозг практически с момента вселения сущности технаря НИИ Мозга в тело Михаила Александровича.
Что касается отсутствия навыков кавалериста, то теперь, после рассказов Бековича-Черкасского о том, как великий князь расправился с огромной бандой, напавшей на его автомобиль, ни один джигит не удивится тому, что командир корпуса предпочитает передвигаться на «Форде», а не на лошади. Теперь для всех джигитов «Форд» ассоциировался как боевая колесница великого князя.
Передвигаться на ней было круче, чем на лучших кровей алхетинце. Сейчас каждый уважаемый воин дивизии поменял бы всех своих лошадей на подобный автомобиль.
Эти мысли скакали в голове, пока продолжались комплиментарные речи. А горцы умели говорить цветисто и образно, и как я заметил, в этом они начали соревноваться между собой. Говорили в основном только горцы, а такие офицеры, как полковник Попов, мнение которых меня очень интересовало, молчали, с интересом наблюдая за развернувшимся бенефисом великого князя.
Но это было до того момента, когда я осознал, что теперь для большинства офицеров полностью ассоциируюсь с Михаилом Александровичем. Вот я и стал им, и, как настоящий великий князь, гаркнул:
– Прекратить балаган, это вам совещание командиров бригад и полков, а не бенефис великого князя. Вскоре предстоят жесточайшие бои с настоящим, хорошо обученным противником, а вы тут о победах над какими-то бандитами говорите!"
"Базар прекратился, и началось серьезное обсуждение подготовки подразделений дивизии к предстоящим боям.
И теперь основную скрипку играли не говоруны, прославляющие геройства великого князя, а те офицеры, которые раньше молчали и не пытались выглядеть красиво перед Михаилом. А я с интересом слушал, чем дышит армия осенью 1916 года – какие трудности испытывают командиры полков и как собираются их преодолевать.
