Наконец где-то за стенами Аништадта затрубил горн, низко и заунывно. Саймон с мамой выпрямились. И хотя у ворот на первый взгляд не было ни Одичалых, ни солдат из Америки, они медленно распахнулись, открывая взору тёмный город.
Солдаты Верховного Совета, растерянно перекрикиваясь, высыпали на улицу, выхватывая оружие в поисках отсутствующих врагов. Если раньше по цвету формы можно было легко угадать, откуда приехал солдат – если из Европы, значит, в бордовом, из Австралии – в синем, из Африки – в серовато-жёлтом, из Южной Америки – в зелёном, а из Азии в коричневом, – то сейчас все поголовно носили чёрный, теряясь в ночи.
– Ну где он? – спросил Малкольм, вздыбив загривок.
– Погоди минуту, – терпеливо сказала мама. – Тиберий своё дело знает.
Время шло; солдаты Совета суетились, но врагов не было, и постепенно они опускали оружие. Саймон заметил, что на некоторых улицах нет патрулей, даже Вадиму не хватило бы солдат на весь город. Однако многие остались у ворот, и лейтенант Совета, о высоком звании которого свидетельствовали серебряные нашивки на форме, жестом приказал подчинённым закрыть ворота.
– Ну давай же, – пробормотал Малкольм. – Давай.
Только ворота начали закрываться, как снова зазвучал горн – ещё более зловещий, чем прежде. И прямо на глазах Саймона, одновременно напуганного и зачарованного происходящим, сотни североамериканских солдат появились будто из ниоткуда – это Насекомые и Арахниды обернулись людьми, в мгновение ока окружая врага.
Солдаты Совета закричали, но было поздно. Войска Арианы знали своё дело и по команде Куратора атаковали единым фронтом – жестоко, стремительно и поразительно смертоносно.
– Вперёд! – крикнула мама Саймона, и тут же сотни хищных птиц сорвались с деревьев, криками заглушая вопли солдат.
Саймон раскрыл рот, чтобы сказать что-нибудь – что он любит её, что всё будет хорошо, что он обязательно найдёт Нолана, – но не успел произнести и слова, как мама расправила крылья и взмыла в небо вслед за солдатами.
Саймон наблюдал за ней, пока она не превратилась в крохотную точку, летящую над смертельной битвой у ворот, и сердце подскочило в груди, когда стая спикировала вниз, присоединяясь к Куратору и его армии, убивающей всё на своём пути. Сотня солдат Верховного Совета устремилась ко входу в город в качестве подкрепления, но даже они избегали пустых тёмных улиц, хотя Саймон видел, что они могли легко срезать путь.
