– Я просто хочу защитить семью и друзей.
– И всех, кто под руку подвернётся, – со смешком сказал Бэк, но веселье быстро угасло. – …Спасибо тебе за всё, что ты сделал ради моей сестры, и за все жертвы, на которые ты пошёл ради Наследников. Тебе выпала несправедливая доля, и мне жаль, что я только подлил масла в огонь.
Саймон боялся пошевелиться, ведь тогда, казалось, его с головой захлестнёт волна горя, которую он сдерживал всю неделю.
– Твоей семье тоже пришлось пережить много несправедливости, – выдавил он.
А потом, ободрённый их первым искренним разговором, добавил: – Тебе станет легче. Ну, с Шарлоттой, Эмилией и Катариной. Они тебя любят, и ты к ним привыкнешь.
– Наверное, – пробормотал Бэк.
– Точно. Два года назад я даже не знал, что у меня есть брат-близнец, а мама вообще не жила со мной, пока… пока я не уничтожил Хищника. До этого мы практически не виделись, и… иногда так странно, что она теперь рядом. Но я люблю свою семью, и хотя мне бывает неловко, оно того стоит. Так непривычно, что мне теперь есть на кого положиться.
Раньше был дядя Дэррил – это он меня вырастил. А когда он умер… – Саймон выдохнул. – В общем, тебе станет легче.
Бэк издал низкий звук, слегка похожий на рычание, но вскоре замолчал.
– Я не понимаю, как быть человеком, которого они во мне видят, – признался он так тихо, что Саймон с трудом расслышал слова за шелестом листьев. – Я уже не тот ребёнок, что исчез из их жизни. Я даже не помню, кем он был.
– Так им и скажи, – заметил Саймон. – Они поймут.
Они тоже изменились.
Бэк хмыкнул.
– У меня плохо… с разговорами по душам. Когда я в последний раз поделился с кем-то своей тайной, то лишился всего.
– Ты просто… попробуй, ладно? – сказал Саймон. – У тебя появился второй шанс. Не упусти его. Они искренне тебя любят.
– Знаю, – сказал Бэк, и стало понятно: тема закрыта. Поэтому Саймон не стал упорствовать, и они погрузились в молчание. В этот раз тишина не давила, и он немного расслабился под солнечными лучами, радуясь, что они с Бэком в кои-то веки на одной волне.
Но где-то через минуту он заметил, как по улице на окраине города пробирается женщина, следуя уж больно странным путём.
– Что она делает? – озадаченно спросил он. – Как будто трещины на тротуаре обходит.
– Не знаю, – хмуро сказал Бэк. – Что-то тут не так.
– Нужно разобраться, в чём дело, – сказал Саймон, расправляя крылья, но Бэк ткнул его в бок, и он поперхнулся.
– Только попробуй, – сказал Бэк. – Мы и так слишком близко.
