Распахнул дверь пошире, подпер ее, чтобы ветром скрипучим не захлопывало. Погорячился, прости. Нельзя поправить тут, а? Было бы электричество, можно было… Единственное, видно, уже, что можно…
На всех волнах…
Вы же на всех волнах шепчете, да? Так вы работаете, суки?
На всех волнах – и на коротких, и на средних, и на длинных даже, наверное, вместо слов, вместо музыки и позывных – шипите, слепите. Если вас снести нельзя – можно вас научить разговаривать?
Пальцы в толстой резине неуклюжие, тень, как не своя – свет не пускает, мешает видеть, окуляры запотели и уже текут.
Что он тут сломал? Стал связывать лопнувшие проводки, предохранители на место защелкивать, убеждать их.
Ничего. Нет света. Ветряки ноют, а света нет.
– Лех! Леха! – выскочил во двор. – Ты в электричестве сечешь?
– А что?
– Спустись на сек, глянь!
Через две долгих минуты только вошел.
– Это ты так? Вандаъ.
– Разбираешься?
– Ну так. Хотеъ стать эйектъиком. Хйэбное деъо. Тойко хеъа-то ъысого кто даст. Там тоже своя мафия.
Артем выглянул наружу, втиснулся лицом меж прутьев на воротах. На дороге никого; не успели еще эти жуки доползти сюда? Пропустили поворот?
Первоапостол все возился с щитком. Переставлял предохранители, бурчал себе что-то под нос. Лампочка под потолком болталась дохлая, ничего в ее колбе не было.
– Ладно, слышишь? Брось. Забудь. Не твое это. Пошли домой.
А сам посмотрел тоскливо на серо-серый забор, составленный из бетонных угольников, и понял: отсюда нет дороги домой. Потому через него так легко было перелезть, что это ловушка.
Внутрь легко попасть, а обратно не выбраться. Капкан. Будет вокруг приманки юлить, зачарованный, пока пружина не соскочит и не разрубит ему хребет.
– А что мое? – спросил Леха. – Говном по десять пуъек пожизненно тоъговать? Сваъи, свет загоъаживаешь!"
"– Скотина ты, – сказал ему Артем. – Я тебя в апостолы произвел, а ты ругаешься.
– Ты смешной, да? Давай, ъучше я тебя в апостоъы? Мне мама, между пъочим, бойшое будущее пъоъочиъа.
Леха подцепил что-то ногтем, щелкнул.
И стал свет.
Сердце подпрыгнуло. Артем сграбастал Леху, стиснул его, что было сил.
– Все! Ты у нас спаситель, ты, а не я! Смотри за дорогой!
Захромал мимо скрипа в радиоцентр: в буферной зоне лампочка горит! Ворвался в пультовую. Оседлал стул с колесиками. Научите понимать по-собачьи! Что тут на кнопках? Заставил себя выдохнуть, проморгался, пошел по надписям системно, сверху вниз и справа налево. Нашел тумблер: «ген. пом.
