– Куда ехать, Сус-санин?
– Куда? – спросил Артем у того человека, который в туннеле кашлял.
Почему он ему поверил? Саша же сказала ему: никому не верь.
А как не верить? За что тогда цепляться, Саш?
– Вон! Это че там? – Леха заерзал сзади.
– Где?
– Вон! Че это там, слева? Шевелится! И не одно!
Шевелилось.
Крутилось.
Стояла у дороги, на открытом месте, башня не башня, мельница не мельница… Из рельсов, что ли, сваренная крест-накрест конструкция, этажа в четыре высотой, внизу шире, вверху у́же; а к макушке ее был прирощен огромный пропеллер в три лопасти.
Восточный ветер, со спеху не разбирая пути, попадался в ловушку, и, чтобы освободиться, крутил эти лопасти.
– И еще вон! Смотри! И еще!
Ветряки брели вереницей, один за другим, по обочине; за первым прятались остальные – один, два, три, четыре, много. Лопасти были метра по три длиной, неровные, обшитые серой от серого неба жестью; одного взгляда хватало, чтобы понять – это рукотворная вещь, не с завода доставленная, а собранная уже после конца, после Войны, недавно, может.
Это их недавно строили.
Недавно, сейчас!
Недавно! – наверху! – кто-то возводил эти ветряки, эти мельницы, для чего-то!
Винты крутились вразнобой: казалось, целая эскадрилья шла с аэродрома на взлет – эскадрилья, может, тех самых белопузых тихоходов с прозрачными крыльями. Или эти пропеллеры хотели всю планету передвинуть, перенести куда-то в другое место – к обитаемой звезде какой-нибудь, на которую люди могли бы перескочить и тем спастись?
– Зачем это? – спросил гнусаво Леха с заднего сиденья.
Артем знал.
– Это как у нас на станции велосипеды, – ответил он не сразу, туповато, завороженно. – Это генераторы. Электричество вырабатывают. Из ветра.
– А это зачем?
– Дурак, что ли?! Значит, тут люди живут! Тут! Куда еще такая прорва электричества нужна? Сколько их? Ты глянь! Считай: шесть, семь, восемь, девять! Десять-одиннадцать-двенадцать-тринадцать! И вон там еще! Это целую многоэтажку можно запитать! Или две! Или три! Четырнадцать! Пятнадцать! Шестнадцать! Ты представь?! И это все ведь строил кто-то! Наверху! Как там фон?
– Такой же, – сказал Савелий.
– Ну и хер с ним! Значит, приноровились как-то! Или построили себе что-то для изоляции.
