Это была хирургически точная, методичная работа профессионала.
Я не использовал никаких особых техник. Просто двигался среди противников как размытая тень, нанося точные, экономичные удары. Мой меч двигался по самым коротким траекториям, каждое движение было рассчитано на максимальную эффективность.
Первыми пали те, кто стоял ближе всего ко входу. Они даже не успели понять, что происходит — просто внезапно обнаружили, что не могут дышать из-за перерезанного горла.
Затем я методично прошелся по периметру холла, устраняя тех, кто попытался занять оборонительные позиции.
Некоторые пытались стрелять, но их пули проходили сквозь воздух там, где я был мгновение назад.
Глава операции отпустил Мари и попытался дать команду к отступлению, но обнаружил, что командовать больше некем. Его элитный отряд исчезал с пугающей скоростью. Уцелевшие уже пытались бежать.
— Невозможно, — прошептал он, наблюдая, как я без усилий расправляюсь с его людьми. — Ты же человек… Всего лишь человек…
Тень тем временем занимался своими делами.
Его три головы разрывали тех, кто пытался сбежать, а цепи из черного пламени опутывали и сжигали тех, кто надеялся спрятаться.
Через две минуты в живых осталось только трое: командир отряда и двое его подчиненных, которые забились в угол и молили о пощаде.
Я подошел к командиру Отряда Особого Назначения. Он все еще сжимал в руках винтовку, но его руки дрожали так сильно, что прицелиться было невозможно.
— Ты… ты монстр, — выдохнул он.
— Нет, — спокойно ответил я, приставив острие меча к его горлу.
— Я просто человек, которого вы разозлили.
— Мы… мы выполняли приказы! — отчаянно пытался оправдаться Сандр. — Мы служим империи! Боремся с терроризмом!
— Тебе дали команду, и ты всех загрызешь, — сказал я, и в моем голосе не было ни капли эмоций. — Вот только пес может нарваться на большие неприятности, если раскроет свою пасть не на ту цель.
Я не дал ему ответить. Мой клинок прошел сквозь его горло одним плавным движением. Мужчина, имя которого мне было совсем не интересно, рухнул на пол, его глаза еще несколько секунд выражали удивление, а затем потускнели.
Двое оставшихся бойцов смотрели на меня с ужасом.
— Пожалуйста, — прошептал один из них.
Я посмотрел на них внимательнее. Действительно, в их глазах проступали знакомые черные вены.
— Убирайтесь, — сказал я тихо. — И передайте Риверсу, что я приду за ним.
Они не заставили повторять им дважды. Оба Охотника бросились к выходу и исчезли в ночи.
