Из горла монстра вырвался не рев, а человеческий крик боли. Черная субстанция дрогнула, на мгновение ослабив хватку. А главное — магические каналы открылись, позволив части заразы впитаться в тело.
Сейчас. Или никогда.
Одним движением я выхватил меч и нанес удар. Не рубящий, а разделяющий. Лезвие прошло точно по линии раздела между тем, что было заразой, и тем, что было человеком. Черная масса отшатнулась, словно получив удар током, а из ее недр выпал худой парень.
Я подхватил его на лету и отшвырнул в сторону Сонг, а сам довернул клинок, добивая отделенную субстанцию.
Лишенная носителя, она зависла в воздухе, пытаясь принять какую-то форму. Но я не дал ей этого шанса. Мой клинок, окутанный пламенем Огненной Геенны, прошел сквозь нее, и она испарилась с тихим шипением, оставив после себя лишь запах серы.
Сонг со слезами на глазах подхватила брата, который лежал без сознания, и прижала к себе.
— Мин! Мин, очнись! — шептала она и гладила по его по волосам.
Парень был жив, но выглядел ужасно. Бледная кожа, впалые щеки, черные круги под глазами.
На руках и груди темнели следы частично поглощенной заразы.
— Спасибо, — прошептала Сонг, поднимая на меня глаза, полные слез. — Спасибо тебе!
Я кивнул и отошел в сторону, убирая меч в ножны. Дело было сделано, но ощущения победы не было. Что-то в этой ситуации меня беспокоило.
Тут на площадь ворвалась еще одна группа людей в дорогой одежде с гербами клана Шу. Впереди бежал высокий мужчина средних лет с благородными чертами лица и проседью в черных волосах.
Его лицо выражало смесь ужаса и отчаяния.
— Сонг! — крикнул он, приближаясь. — Что случилось?
— Отец! — девушка подняла голову. — Мин здесь! Он жив!
Мужчина подбежал к дочери и замер, увидев бессознательного сына. Его руки дрожали, когда он осторожно коснулся лица Мина.
— Что с ним произошло? Как ты… — хрипло спросил он и в его голосе чувствовалось настоящее переживание.
— Часть заразы все равно в парне, — спокойно сказал я, прерывая их разговор. — Остальное я отделил. Но даже хорошо, что у него были закупорены магические каналы.
Это дало ему шанс выжить, не превратившись в безвольного монстра.
Шу Вэймин медленно повернулся ко мне. На его лице читались удивление и растерянность. Дочь быстро пояснила ему кто я такой, а то вряд ли меня бы вообще стали слушать. Правда, Сонг и сама толком не знала, кто я, так что ее объяснения были весьма забавными и сбивчивыми, но этого хватило.
— Закупорены каналы? Но… наши лучшие целители обследовали его.
