Мы с Диккенсом шагнули в мерцающий проход, оставляя позади уныло вздыхающего Векселя. В этот раз ему даже сбежать нельзя.
Глава 4
Мертвые тоже говорят
Тоннель Векселя схлопнулся за нашими спинами с характерным хлопком, словно лопнул огромный мыльный пузырь. Я огляделся вокруг, пытаясь понять, куда нас забросило на этот раз. «Серые Пустоши» оправдывали свое название с удручающей точностью.
Мы стояли на краю бескрайней равнины, покрытой пеплом и обломками. Небо над головой было затянуто свинцовыми тучами, сквозь которые едва пробивался тусклый свет.
Воздух пах гарью и чем-то кислым, что заставляло щипать глаза. Вдалеке виднелись черные холмы, а между ними возвышались остовы каких-то построек — то ли древних башен, то ли заводских труб.
— Весело тут, — пробормотал я, втягивая ноздрями спертый воздух. — Прямо курорт.
Голдльюис достал бинокль и принялся изучать местность. Его лицо выражало профессиональную сосредоточенность — старые привычки снайпера брали верх.
— Согласно маячку, группа должна была войти где-то в километре к северу, — сказал он, не отрывая взгляда от окуляров.
— Они должны двигаться к центру Разлома.
Тень принюхался и недовольно фыркнул. Видимо, местные ароматы не произвели на него впечатления. Впрочем, я его понимал — пахло здесь как в морге после пожара.
— Тогда пошли, — решил я, направляясь в сторону ближайшего холма. — Чем быстрее мы их найдем, тем скорее сможем убраться отсюда. А то у меня от этого запаха аппетит на ближайшую неделю пропадет.
Мы не прошли и сотни метров, как из-за обломка стены выползло нечто, что когда-то могло быть человеком.
Ключевое слово — «когда-то». Сейчас это была ходячая груда разложившейся плоти, обтянутой серой кожей. Глазницы пустовали, а изо рта торчали обломки зубов. Руки заканчивались костяными когтями, а от всей фигуры исходил тошнотворный запах.
— Мертвяк, — констатировал Голдльюис без особого энтузиазма. — Как оригинально.
— А я надеялся на что-то более творческое, — вздохнул я, доставая меч. — Ну хотя бы на скелетов с луками или призраков в доспехах.
Тварь заметила нас и издала хриплый стон, который должен был, видимо, нас напугать. Вместо этого звук получился, скорее, жалобным, как у простуженного кота.
— Даже рычать толком не умеет, — покачал головой я. — Деградация, куда ни глянь. И вот с таким мы должны сражаться…
Существо ринулось на нас с такой скоростью, что я едва не зевнул от скуки. Одним движением я отсек ему голову, которая покатилась по пеплу, оставляя за собой темный след.
