"
"Гигант ростом в два с половиной метра, с мускулатурой, которую, казалось, он сделал в одном тренировочном зале с Бартоломеем. За его спиной красовались два массивных баллона, соединенных с респиратором на лице системой трубок. Каждый вдох сопровождался характерным шипением и паром вокруг лица.
Бартоломей остановился как вкопанный.
— Харди? — прошептал он.
— Вы знакомы? — спросил я.
— Это мой двоюродный брат. Харди Реккар. Он считался погибшим полгода назад. Неужели…
Хлоя холодно посмотрела на гиганта.
— Похоже, не только Монклеры продают своих людей Риверсу.
Эти слова больно задели Бартоломея. Он сжал кулаки, и воздух вокруг него заколебался от гравитационных волн.
— Харди! — крикнул он. — Это я, Барт! Ты меня помнишь?
Гигант медленно повернулся к нам. Его лицо было искажено шрамами, а глаза горели нездоровым огнем. Но самое страшное — он не показал ни малейшего признака узнавания.
Вместо ответа Харди издал утробное рычание и бросился на своего брата. Я сжал крепче рукоять меча, уже прикидывая как удобнее лишить противника подпитки из баллонов.
Но Бартоломей коснулся моего плеча.
— Нет Дарион, — сказал он и, выскочив вперед, принял удар на свою кувалду. — Это дело чести! Я должен разобраться с ним сам.
Харди, или то, что от него осталось, громко выдохнул, выпустив облако пара, и два гиганта сошлись в яростном поединке. Их удары сотрясали землю, а гравитационные волны заставляли трещать стены ангаров.
Но у нас не было времени наблюдать за боем.
— Вперед, — сказал я Хлое и Диккенсу.
Если Реккар сказал, что справится, значит, он сдержит слово. В этом я не сомневался. К тому же Тень решил остаться с ним, чтобы прикрыть наш тыл от очередных мертвецов, которые появились за нашими спинами.
* * *Главный ангар был огромным — размером с авиационный терминал. Посреди него стояли ряды емкостей с какой-то светящейся жидкостью, а воздух был полон едких химических запахов.
И там, среди всего этого научного оборудования, нас ждали два человека.
Изабель Ламбер выглядела точно так же, как и несколько месяцев назад в «Забытых Глубинах».
Та же бледная кожа, те же холодные глаза, тот же безупречный костюм. Словно пуля Диккенса не оставила на ней и следа.
Рядом с ней стоял высокий мужчина лет тридцати пяти с мертвыми глазами профессионального убийцы. Его лицо пересекал уродливый шрам, а в руках он держал два кинжала.
— Какие гости, — произнесла Изабель с улыбкой. — Диккенс, излечиться от твоего выстрела было крайне сложно, знаешь ли.
