Этому правилу я следовал и сегодня.
Когда я садился за стол, у меня уже был четкий план на ближайшее будущее. А когда есть план, я отбрасываю все лишние эмоции и начинаю действовать. Точно, хладнокровно, целенаправленно. И тогда приходит спокойствие и собранность. С этого момента я натягиваю на себя маску неунывающего оптимиста, чтобы ни у кого даже мысли не возникло, что под ней скрывается дикий, жаждущий крови, зверь.
Единственное, что меня выбивало из колеи — это странности с Леопольдом. И пока я не решу как-то для себя этот вопрос, не найду разумное объяснение произошедшему, я не смогу достигнуть полной концентрации на своей новой цели.
Именно этим я и решил заняться после своего позднего завтрака.
— Тимофей Федорович, как освободитесь, загляните ко мне в кабинет. Мне нужен ваш совет. — И я бросил многозначительный взгляд на управляющего.
Это не укрылось от глаз находящегося здесь же Леопольда. Он, конечно, не подал вида, что заметил мой взгляд. Однако я был уверен — дворецкий ясно понял: речь в кабинете пойдет о нем.
Этого я и добивался. Мне нужно было заставить его нервничать. Тогда он может допустить ошибку. И это могло помочь припереть его к стенке и вывести на чистую воду.
— Хорошо, ваше сиятельство, — с поклоном ответил управляющий.
— Кстати, Тимофей Федорович, вы не видели сегодня Виктора Петровича? Я беспокоюсь за него. У него, знаете ли, ранение головы. Я его вчера к доктору отправил, а возвращения так и не дождался.
— Как же, ваше сиятельство, видел. Виктор Петрович в добром здравии, не извольте беспокоиться.
Он забегал справиться о вас. И когда узнал, что вы крепко спите, очень этому обрадовался.
— А сейчас, как я понимаю, он в казарме?
Я в общем-то мог и не задавать этот вопрос. Зная Ярцева, я понимал, что он сейчас вовсю помогает Коршунову решать текущие неподъемные для одного человека задачи. Надо было организовать похороны погибших, работать с родственниками павших бойцов, обеспечить транспортировку до Демидова убитых монстров, заказать восстановление четвертой наблюдательной вышки.
И это, не считая обычной работы по разводу караулов и нарядов по всем необходимым направлениям. Причем в условиях недостатка личного состава последняя задача была весьма трудновыполнимой.
— Да, Александр Николаевич, он сейчас в казарме помогает Степану Ивановичу.
Я надеялся, что мои бойцы и их командиры еще не читали последние новости. Это сильно бы подпортило их и без этого скверное настроение.
— Понимаю, Тимофей Федорович.
