В общем, влип это очкарик по самое не балуй.
— Все деньги, Иван Кузьмич, заприходуйте в кассу поселения. Движимое и недвижимое имущество конфисковать. Всё под опись. И оформите это официально, за подписями всех, входящих в совет поселения.
— Хорошо, ваше сиятельство. Я как раз об этом и хотел поговорить. Мы уже предварительно посоветовались сегодня утром всем составом. И у нас предложение насчет Лосева. Мы хотим, как по старинке, чтобы он понес наказание диким лесом. Пусть там решится его судьба. А то кормить его еще в тюрьме на средства поселка.
Наказание диким лесом. Я прекрасно знал, что это такое. У нас в летних лагерях от академии так поступали со злостными нарушителями устава: отвозили связанного по рукам и ногам преступника в самую гущу дикого леса. Если курсант возвращался, то про его проступок забывали и относились к нему, как и раньше. Хотя, обычно, даже после возвращения провинившемуся долго приходилось отлеживаться в лазарете. И далеко не все после выписки возвращались обратно в строй.
Некоторые оставались инвалидами на всю оставшуюся жизнь. Так это были уже подготовленные к выживанию бойцы. А тут речь шла об обычном обывателе. Фактически, это был гарантированный смертный приговор без привлечения палача.
— Если вы примите такое решение большинством голосов, то так тому и быть, Иван Кузьмич. За исполнением можете обратиться к командиру гарнизона.
— Это я и хотел от вас услышать, ваше сиятельство. — Кузьмич немного помялся, но затем решительным голосом продолжил.
— Александр Николаевич, я полностью осознаю свою вину. С моей подачи Лосев был утвержден на должность, а значит и на мне лежит ответственность. Признаться, я смотрел только на опыт и знания этого человека, но не разглядел его гнилую натуру. Будет уроком мне на будущее. А сейчас прошу вас освободить меня с должности старосты. Я, как мне кажется, утратил ваше доверие, — приунывшим голосом закончил Кузьмич.
— И почему же вам так кажется, Иван Кузьмич? — строго спросил я.
— Ну так… это… вы почему-то сегодня ко мне на вы, да по имени отчеству… Будто наказать меня решили, — понуро ответил староста.
— Кузьмич, ты совсем сбрендил на старости лет? — не выдержал я. — И где мне прикажешь нового старосту искать? Чтоб еще и работящим, и честным был. Ты мне давай это дело прекращай! И без тебя забот хватает!
— Ну вот так бы и сразу, ваше сиятельство. — Голос старосты заметно повеселел. — А то Иван Кузьмич, Иван Кузьмич… А за честного и работящего спасибо.
