Подняв из-под куста небольшой камешек, он швырнул его туда, где прятался Савмак. Листва зашелестела, и послушник, стоявший недалеко от того места, обернулся и с медленной осторожностью скрылся в этих кустах, чтобы проверить. Спустя несколько мгновений его пост все еще пустовал, Олег с облегчением понял, что Савмак его сигнал понял верно.
Таким нехитрым способом они заманили и утихомирили всех часовых. Олег расправлялся с ними быстро и холодно, сожалея лишь о том, что эти люди так и не увидят расцвета человечества, не постигнут великой мудрости бытия.
Но путь за них выбрал какой-то Орден багровой розы. Кто знает, как бы сложилась их судьба, живи они как простые люди. Но судьба не знает никаких «если бы да кабы».
Когда на поляне остались только пятеро, не считая Люсиль, Олег и Савмак встретились в кустах прямо за кострищем.
– Они жечь твою бабу хотят, – с праведным возмущением прошептал Савмак. – Что за дикость. Она же красивая.
Олег кивнул.
– Эти не поглядят, что красивая. Сразу на костер.
– Кощунство, – ужаснулся Савмак.
– Красивых баб нельзя на костер!
– В этих землях много красивых баб пожгли, – сообщил Олег, прикидывая, кого лучше уложить первым.
Савмак покачал головой и проговорил горестно:
– Вот оно как. Эх, жалко. Красивых нельзя на костер. Ну… сразу нельзя.
– Красивые соседкам не угодны, – отозвался Олег и, стянув со спины заплечный мешок, вынул из него короткий нож. – И тем, кого они отвергли.
Савмак продолжал сокрушаться.
– Но красивых и на костер. Всех красивых…
– Ага. Только некрасивых оставили, – внимательно прицеливаясь, сообщил Олег.
Шепот Савмака прозвучал жарко и убежденно.
– Некрасивых женщин не бывает, – выдохнул он.
Олег кивнул.
– Согласен. Бывают мудрые и не мудрые. И те, которые мудрые, как-то сразу красивые. Особенно если с вот такими.
Савмак не успел воспротивиться или согласиться, потому что Олег, прицелившись, метнул клинок в послушника, что дальше от остальных, но ближе к ним. Тот вскинул руки и беззвучно рухнул в траву. Ратник выругался под нос и быстрым движением втащил того в кусты, пока остальные не увидели.
– Что-то ты больно меткий для пастора, – заметил Савмак. – Предупреждай хоть.
– Духовный человек должен глаголом разить в самую душу, – смиренно сообщил Олег и указал на послушника, который чуть дальше складывал бревна под столбом для костра.
Ратник хмыкнул.
– Ага, глаголом, – заметил он. – Вижу, как ты клинками разишь. Ежели у тебя и слово такое же меткое, то в самую пору паству свою открывать.
