Олег похвалил:
– Красивые стихи сочиняешь.
Стрибог отмахнулся, качая головой, и сказал:
– Да это не мое. Ходили одно время одни, рассказывали всякое. Интересно, кстати было. А рассказы свои посланиями называли. Это вот послание от Петра, не помню, какое по счету.
– То что надо, – согласился волхв. – Нам бы как раз орден, что за нами гоняется, послать куда подальше.
Древний бог покивал и произнес басовито:
– Править миром единолично – затея плохая. Знаем, к чему такое приводит. Ежели обещаешь, что сработает твой совет, чем смогу – помогу.
– Сработает, – сказал волхв. – Домчи нас до суши, через это море на юго-востоке. На том и сочтемся.
– Такая малость? – удивился Стрибог.
– Ну, – протянул Олег, – для начала и на том спасибо."
"Древний бог тряхнул волосами, кудри засияли сильней, борода зашевелилась и приподнялась. Он усмехнулся и прогудел:
– Ну, домчать, так домчать. Благодарствую, богоборец. Не думал, что когда-нибудь это скажу.
После этого перемахнул через борт люльки и растворился в воздухе, как утренняя дымка.
Олег пару мгновений смотрел на место, где миг назад находился древний бог ветра. Прежде он и его сыновья внушали трепет и уважение всему людскому роду. Потом пришла новая вера с новыми служителями, богам пришлось менять имена, перестаиваться на новый лад. Но то, что грядет теперь – вовсе не похоже на смену религиозных учений. Меняется сама суть веры, а с этим и человек. Преобразиться придется всем. А Орден багровой розы – оплот архаизма и людского невежества.
Олег размышлял, наслаждаясь тишиной и спокойствием, какие могут быть лишь на такой высоте.
Но длилось это недолго, потому как его начало дергать и трепать, а вместе с тем задергался весь мир.
– Пастор! Пастор! Просыпайся!
Он резко открыл веки, яркий свет резанул по глазам, но они быстро привыкли к нему, и волхв увидел перед собой встревоженное лицо Савмака. Ратник трясет его за оба плеча и внимательно всматривается. Чуть дальше между мешками сжалась в комочек Люсиль и испуганно смотрит на это действо.
– Да не тряси ты так, – попросил Олег и отцепил от плеч сильные пальцы ратника. – Голову оторвешь. Она у меня умная, еще пригодится.
Лицо Савмака немного расслабилось, он выдохнул с облегчением.
– Фух, очнулся.
– Подумствовать не дали… – пробурчал Олег и смачно потянулся, позвонки сладко захрустели, а мышцы приятно защекотало.
Ратник вытаращился с изумлением и растерянностью.
– Да какой думствовать, – воскликнул он. – Пастор, да ты бледнее смерти сидел.
