Мне льстило его внимание, хотя дальше поцелуев в щечку при встрече и прощании мы так и не зашли. Маринка как-то встретила нас во дворе, я познакомила парня с сестрой, а через три дня он уже водил ее на свидания. А через неделю она мне сообщила, что в постели Димка так себе, поэтому он сестре неинтересен. Подтекстом шло «хочешь – забирай себе, но уже после того, как я его выбросила». Парень потом пытался вернуться к нашему общению, но и мне Димка был уже неинтересен. Маринка словно на нем клеймо выжгла «был в употреблении родной сестрой».
Спасибо, даром не надо.
Был еще однокурсник Кирилл. Парень мне нравился, но и только. Мы не встречались, хотя неплохо общались. На втором курсе я пригласила несколько ребят на свой день рождения, который отмечала в ресторане. Не знаю, как Марина догадалась, что он мне нравится, но этот вечер она посвятила соблазнению Кирилла. Уехали они вместе. Обидно, но парень в нее реально влюбился. Просто он не знал, что Марине бедные студенты неинтересны. Поиграла и выплюнула, а он потом до пятого курса ходил ныл, что она ему сердце разбила.
Единственный, кто на нее не повелся – Дагаров. Но там все просто. Он только девственницами интересовался, а этого добра Марина давно лишилась, поэтому шансов у нее было немного. Хотя кто их знает? Может, и было что. Хотя мне до их возможных отношений дела нет.
Парень, который меня интересует, должен скоро появиться. Теперь сиди и нервничай, поведется на нее Робнер или нет. Согласна я с бабушкой и родителями. Замуж ее надо отдать за мужика, который будет держать взбалмошную жену в ежовых рукавицах.
— Привет, — вошла сестра в дом.
— Да виделись вроде.
— Ты мне тоже не рада? — обиженно уставилась на меня.
— Марин, не говори глупости. Просто твой приезд стал для нас неожиданностью.
— Приятной которую не назовешь, — закончила она иронично. — Спелись против меня.
— Никто против тебя не спелся, — рявкнул Матвей, возвращаясь в дом. — Просто каждый твой приезд доставляет мне овер дофига головной боли.
— А ты попробуй для разнообразия не лезть со своими нравоучениями, и голова болеть не будет. Хватит того, что ты Ленке жить не даешь. Каждый шаг контролируешь, — бросила Маринка и пошла на кухню."
"Губы Матвея после ее слов вытянулись в тонкую линию. Смотрит на меня, будто ждет, что я подтвержу слова сестры. А я-то знаю, что он обо мне заботится, беспокоится. Брат мне порой был вместо отца и мамы. Да, оберегает. Но никогда не обидел.
— Не слушай ее.
