Выхожу, поднимаю ее лицо выше и, наклоняясь, целую ее глубоко, чувствуя вкус своей спермы, смешанный с ее вкусом. Прекрасное сочетание.
— Все хорошо… — шепчу я ей между поцелуями. — Все хорошо… я люблю тебя… ты вкусная… красивая… моя!
Подхватываю за талию, поднимая на ноги.
— Ром… — ведет она пальцем по моей скуле.
Затыкаю. Закрывая глаза еще несколько раз глубоко целую, пытаясь запомнить эти ощущения.
— Иди в душ, Лер…
— Но…
— Иди… иди…
Растерянно оглянувшись, уходит. Присаживаюсь перед переноской.
Щенок. Шарпей…
У Леры был когда-то шарпей, она рассказывала.
Ухожу к окну, достаю сигарету. Мозги внезапно просветляются.
Я — скотина.
Нет, я, конечно, и так скотина безусловная. Но в свете произошедшего — полная. Что теперь делать? Нежничать с ней до утра?
Аха… а потом трахнуть другую у нее на глазах. Охуенный расклад. Нет. Не хочу… Лучше я ее еще раз разочарую помягче. Пусть не простит, что бросил вот так нелогично после секса.
Забираю телефон, сигареты, деньги из карманов куртки. И сваливаю из дома.
Сажусь за руль, отгоняю тачку в соседний квартал, опускаю сиденье. И вырубаюсь.
Глава 15 — Предложение
Просыпаюсь от того, что тело затекло. Тут же накрывает головной болью. Похмелье…
Похмелье у меня не только физическое. Но и моральное. Лера…
Заглядываю в телефон. Ни одного звонка от неё. Это симптом того, что я делаю все правильно. Я стираю себя из неё.
Все пытаюсь включить в себе прежний распиздяйский циничный режим, но не выходит. Ощущение от Леры сводят грудную клетку, словно туда вкатили булыжник.
Это вот так, когда тяжело на сердце? Херовое ощущение. Но это ведь пройдет?
Пытаюсь представить, как приведу в наш дом шлюху, уложу ее в нашу кровать и буду трахать. Подташнивает. Особенно когда представляю, как Лера вернется домой и застанет меня за процессом. Такое нельзя простить. я бы ей не простил. А мне жизненно важно чтобы простила. Потом.
Разжевав пару таблеток обезболивающего из аптечки, запиваю забытой Лерой в бардачке машины минералки. На горлышке след от ее помады, смазываю пальцем, разглядывая на коже.
Давай, родная. Собери мои вещи, выстави сумку за дверь. Смени замок и заблокируй мой номер. Это логично и правильно. А потом… Однозначное решение вдруг созревает внутри меня, практически успокаивая совесть. Потом я верну тебя, обещаю. Когда — не знаю. Как — не представляю. Любой кровью. Ну а если любой… Зачем тогда отпускать сейчас? В руки этому упырю.
Не-е-ет… такими мыслями я себя доведу до пули или «случайной» аварии.
