Мой рот не умеет произносить таких горячих и пошлых вещей.
Обхватывает руками мою голову, большие пальцы ложатся на скулы, гладит ими, разглядывая, словно в первый раз. Взгляд у него такой… ошалелый.
— Какая же ты красивая… — оскаливается он нетерпеливо и зло. — Лера…
Скулы и глаза у меня в маму. Она была редкой красавицей. Я попроще. Сказались гены отца.
— Ром… — улыбаюсь я. — Только разглядел?
— Мхм…
— Льстец! — фыркаю на него со смехом.
Подушечки его пальцев смещаются ниже и сминают мои губы, скользя по зубам.
Несколько поцелуев в них прямо поверх своих пальцев. Втягивает мою верхнюю губу, замирает так. Больше чувствую, чем слышу, тихий стон удовольствия. То же самое проделывает с нижней. Подхватывая под ягодицы, вжимает в себя. Отстраняется. Снова разглядывает…
Голова слегка кружится от выпитого вина…
Спускает с плеч бретельки моего лёгкого домашнего платья. Оно спадает до талии. Грудь обнажается. Его ноздри возбуждённо вздрагивают, большие пальцы обводят соски. Сжимает их. Это так остро! Застонав от возбуждения, закидываю голову назад, открывая ему шею, и он тут же принимает это приглашение, впиваясь в неё губами.
Нетерпеливо оттягиваю его домашние брюки вниз, обхватываю член. Он перенапряжён и пульсирует на каждое моё сжатие. Жадно кусая губы друг друга, мы ласкаемся… Подтягивает за бёдра ближе. Влажная, налитая кровью головка вдавливается внутрь меня.
— Ммм… — слышу его стон, который сливается с моим. — Как же это хорошо!
И не двигаясь, просто сжимаясь и пульсируя, мы долго, чувственно целуемся.
Это так не похоже на него. Обычно, когда так возбуждён, он срывается с места в карьер.
Пара толчков… И снова чувственные поцелуи… Его язык изучает меня, словно в первый раз…
— Лерочка… — шепчет он мне в губы. — Я никогда не говорил… Сейчас хочу сказать…
— М? — с трудом открываю глаза.
— Я люблю тебя… — проникновенно шепчет мне в губы.
Мои глаза закатываются от эйфории и порхания внутри. Я улыбаюсь от своего тёплого счастья.
— Я люблю тебя… — шепчет он ещё раз.
И мне так хорошо, что хочется разрыдаться.
— Ты говорил, — кусаю его за мочку. — Всегда говорил…
— Это я не то говорил… Не то! — едва слышно исступлённо шепчет он.
Да, так, как сейчас, он не говорил никогда. Вот так, чтобы меня прошибало насквозь от сказанного и расслабляло, словно в невесомости. И я не просто слышу, что любит, я чувствую это."
"Впившись в губы друг другу, мы двигаемся. Тело словно окатывает кипятком. От приближающего оргазма бёдра судорожно подрагивают.
