— Как ты?
— Дочь, на следующей неделе состоится ужин у нас дома, — напрочь игнорирует мой вопрос родительница. — Твое присутствие обязательно, — чеканит каждое слово маман.
— Мам, ты так и продолжаешь гнуть свою линию в отношении моего замужества? — это просто камень преткновения в отношениях с родителями.
— И ты знаешь, что плохого мы тебе не посоветуем. Денис — отличная партия для тебя, — убеждает в своей “правде” родительница, а мне хочется закатить глаза и взбрыкнуть. Ну, да как же! Для меня. Нет вовсе. Хорошая партия — это его родители для их бизнеса.
— Мам, давай мы…
— Я вышлю тебе точное время, — перебивает резко и дергано. — Не подведи меня, — и отключает связь.
Еще с минуты пялюсь на потухший экран и чуть не начинаю скрипеть зубами от недовольства. Ну, надо так испортить настроение! Даже портить фигуру перехотелось.
Останавливаюсь в нескольких шагах от кафешки с вкусным названием “Булочка”, с жалостью смотрю на крендель с вывески, а потом разворачиваюсь в сторону остановки. Еду домой.
В свою маленькую, но уютную съемную квартирку, по пути прихватив продуктов на пару дней. Это пока все, что могу себе позволить. Не шикую, но зато и не живу с оглядкой на одобрение “заботливых” предков. Я сама себе хозяйка. Моя жизнь, и я не позволю ее испортить “удобной” свадьбой.
Дома с завидным рвением бросаюсь в уборку, отключая голову от ненужных мыслей. После того, как все буквально сверкает от чистоты, готовлю ужин и поглядываю на телефон, который предательски молчит.
Стоило мне отказаться от родительской помощи, оставить свою милую Ауди в гараже родителей, как все — друзей будто ветром сдуло.
— Ах, ты ж… — шиплю, когда обжигаюсь о горячую сковороду.
Да, я не могу сходить в кино, посидеть в кафешке с девочками, но это временные трудности. Перестала соответствовать их требованиям. Но и не расстроилась. Сама как-нибудь. По крайней мере, я точно знаю, кто меня поддержит во всех моих начинаниях. Это любимая бабуля.
Отставляю сковороду с огня. И набираю на телефоне номер любимой бабушки.
Для меня услышать ее голос, как выпить стакан успокоительного. Тревоги уходят на задний план.
— Бабуль, — говор, как только слышу, что она ответила. — Как ты? — присаживаюсь на край подоконника, выглядывая в окно. Да уж, тут вид не то, что в доме у бабушки. Никаких тебе лесов, полей и буйной, но такой чистой речушки.
— Варюшка, рада слышать твой голосок, — слышу по голосу, как она улыбается.
— И я, баб, очень скучаю, — тяжело вздыхаю.
