Его помощь уже не нужна, но на вакансию он тем не менее подойдет. Попробовать точно можно, а там уже пройдет техническое собеседование или нет — от него будет зависеть.
— А кольцо… Я просто не понял.
— Да все ты понял, — вздохнула Рита. — Было бы мне все равно, разве стала бы я носить твое кольцо? Я люблю тебя. И это не изменилось. К сожалению."
"— Первый раз мне с таким скорбным видом в любви признаются, — хмыкнул Марк, но тем не менее расслабленно опустил плечи, а вертикальная морщинка между бровями разгладилась.
— Но если проблема не в бывшем, то в чем? Ты не хочешь уезжать из России?
— Дело в другом, Марк. В детях и в твоих планах.
— А что не так с моими планами? Я ж сказал тебе прямым текстом: хочу детей, с этим проблем не будет.
— Будут, — Рита смотрела в сторону, с досадой ощущая, как глаза наливаются слезами. Черт, она же не собиралась плакать. — Проблемы будут, потому что я не могу иметь детей.
Повисло тяжелое недоуменное молчание.
— Но как? — тихо спросил Марк. В его голосе звучало такое сочувствие, что плакать захотелось еще сильнее.
— Ты никогда не говорила.
— Я была беременна, у нас с Мартой был одинаковый срок. Мы в консультации тогда встретились. А потом ребенок перестал развиваться и…умер. Внутри меня. И потом там все не очень правильно сделали, и теперь…
Рита едва не заплакала, но удержалась. Подышала и продолжила:
— В общем, теперь я непригодна для создания семьи. Прости, что не сказала раньше. Я думала, мы подойдем друг другу, потому что ты не хочешь детей. А я как раз не могу их иметь.
Все совпадало. Но раз ты их все-таки хочешь, то…
И все-таки слезы прорвались. Рита молча глотала их, облизывая соленые губы, и не могла найти в себе сил, чтобы повернуться и посмотреть на Марка. А он тоже молчал.
— Таким ты меня видишь, да? — наконец сказал он жёстким злым голосом. — Считаешь, я себе ищу не жену, а инкубатор?
— Да не в этом дело! — сорвалась Рита. И повернулась. У Марка горели на скулах два алых пятна, и выглядел он так, будто сейчас взорвется. — Я же вижу, как ты любишь Арсюшу! Я не имею права лишать тебя нормальной семьи с твоими собственными детьми.
— Почему ты не сказала? — яростно повторил Марк, едва сдерживаясь. — Почему ты мне ничего не сказала? Зачем врала? Я думал, что сдохну за эти два месяца!
— Хорошо! — Рита выпрямилась и уставилась на него, гневно раздувая ноздри. — Вот я тебе сказала бы. И что? Ты бы бросил меня?
— Конечно, нет! — заорал Марк, а потом, чуть сбавив тон, повторил: — Нет. Конечно, нет.
