Я никогда не покажу ему все свои грани…
– Устала? – палец Джейдана соскальзывает с моих губ, властным движением мужчина поддевает им мой подбородок, вновь устанавливая со мной непрерывный зрительный контакт, позволяя мне наблюдать за тем, как расширяются его зрачки, как отражается в них мое обнаженное и уязвимое тело. Его небрежный жест прошибает до ледяного пота – он напоминает мне о днях, проведенных в плену пустыни и ублюдков, что торгуют душами. И в то же время, я получаю удовольствие от всех его действий: есть что-то удивительное в том, чтобы покоряться ему… и это удовольствие – в эпицентре головы, мозга, сознания, оно мощнее физического удовольствия от пальцев Джейдана.
– Позировать для тебя – нелегкое дело, знаешь ли, – шепчу я, ощущая вкус собственного желания у себя на языке. Готова поспорить, что Джей жаждет того, чтобы у меня во рту «растаяло» нечто другое. Слегка взмахиваю кистью руки, закованной в кожаный браслет, намекая Престону на то, что пора бы и освободить пленницу.
Если, конечно, он хочет большего.
– Но зато приятное, Эрика, – рвано выдыхает около моих губ, поднимает ладони к моим, щекоча ноющие запястья подушечками пальцев. – Я всегда прав, девочка, – дразнящим голосом волнует мою душу, заставляя сердце сжаться под влиянием властного тона. – Это была кисть. И ты кричала. Как и обещал. Мне нравится смотреть, как ты кончаешь, Рика, – его слова отдаются сладкой пульсацией в глубине лона и мурашками в области шеи и ключиц. Джейдан самодовольно ухмыляется, наблюдая за реакциями моей беззащитной перед его взором сущности.
– Я бы хотел запечатлеть твое тело, когда ты это делаешь, – вот сейчас, он реально похож на маньяка, который вслух рассказывает о своих самых тайных и грязных желаниях.
– Мне нужно лицо, Престон! – ощетинившись, напоминаю я. – Ты извращенец, Джейдан, – строю из себя злючку, хотя на самом деле мне даже слова произносить трудно. Удивительно, что рядом с ним я почти не заикаюсь, или он игнорирует мои перебои в речи.
Раболепная поза лишает меня всяческих сил, и хочется просто упасть с подвеса, свернуться калачиком на полу и лежать, мысленно зализывая душевные раны, нанесенные в основном моей гордости.
– Тебе не кажется, что стоит отправиться в душ? – злорадно усмехаюсь я, намекая на то, что он кончил в штаны, как перевозбуждённый подросток. И часто у нас такое скорострельное фиаско, Престон? Вслух, конечно, я такого не произнесу, да и сомневаюсь, что часто.
