Приходи в том платье, в котором я тебя увидел впервые, – отдает приказ Джейдан, и голос жеманной девицы наконец затихает… эй, какого черта? Надеюсь, он не заткнул ее там своей кистью?
– Это обязательное условие? А если ослушаюсь, о, великий мастер?
– Я сказал, в каком платье прийти, Рика. На моей территории не задаешь вопросов. Все будет так, как решаю и желаю того я, – с глухим смешком, этот мерзавец кладет трубку, оставляя меня наедине со своей злостью и пульсирующим между ног желанием, которое я пытаюсь унять, подавить, заглушить, зажимая между ними одеяло, но становится только хуже.
Сдается мне, желание позировать Джейдану обуславливается не одним лишь заданием. Я действительно хочу отличаться на его портретах, выделяться среди безликих лиц в его «потоке».
Не знаю почему, но мне хочется стать для него куда более значимой, чем та голубоглазая бестия – бессменная и главная героиня его картин, женщина, занимающая, несомненно, все его мысли.
Ты не оригинал, Рика, – вспыхивают слова Джейдана, порождая во мне агонизирующее пламя ревности.
Глава 7
«Мы вдвоем в комнате. Не было прошлого. Не было будущего. Только яркое, глубокое ощущение единственности этого мгновения в настоящем».
Джон Фаулз «Коллекционер».Джейдан
Орудуя одновременно мастихином и кистью, проделываю на холсте поистине ювелирную огранку, смягчая и затемняя густой пурпурный оттенок. Подчеркнуть сияние рубинов сложнее, чем кристальный блеск алмазов, несмотря на насыщенность и многогранность алого.
Даже в мелких рубинах, инкрустированных в благородный металл, есть некая чёрная энергия, неотвратимый рок или проклятие, которыми пугают маленьких девочек. Страшные сказки забываются, девочки вырастают, но магия камней настигает, околдовывая, лишая бдительности, подкупая, пробуждая низменные, грешные мысли. Персидские легенды противоречат моей смелой версии: древние персы верили, что драгоценные камни – это упавшие на Землю осколки тверди небесной, разрушенной злым Духом и наделенные божественной энергией.
Кто я такой, чтобы спорить с мудрыми предшественниками? Я всего лишь художник, наблюдающий за несущемся к своему разрушению, утратившим первозданный смысл миром. Возможно, изначально камни с неба и были олицетворением света и защиты, а человеческая алчность превратила их в смертоносное оружие, проливая реки крови ради горстки алмазов.
