Не успел он исчезнуть, как дверь лавки Вероники открылась, из нее вышел… стройный парень с сумкой, на голове у него была черная вязаная шапка. Он сделал пару шагов, замахал руками и… упал.
– Плитка скользкая, – прокомментировал незадачу Никита, – ее только что помыли и, конечно, не вытерли. Откуда в лавке взялся мужик? Мы же видели, как хозяйка ее отпирала, входила внутрь. Она одна у двери была.
– И никто, кроме матери с ребенком, туда не входил, – добавила Ада, – или дядька провел ночь в лавке, или…
– Он та баба с малышом, – перебил ее Миша, – в рюкзаке была кукла и там же лежала сумка.
«Мамаша» сняла платье…
– Димон, покажи, как мать подходит к входу в салон, – попросил Иван, – меня интересует ее обувь.
Через секунду мы увидели ботинки.
– Мужские! – хлопнул ладонью по столу Никита.
– Не факт, – возразила я.
– Да ты что, – затеял спор детектив, – черные штиблеты на толстой подошве, каблук широкий, устойчивый. Дамы такие не носят.
– Кит безнадежно отстал от моды, – вмешалась в беседу Дюдюня, – сейчас такая обувь есть у многих девочек.
Даже у меня. Вот!
Ада отодвинулась от стола.
– Любуйся. Удобные, широкие, в них ноги не болят. Сбоку молния, шнурки развязывать-завязывать не надо.
– У парня сорок первый размер, – огласил Коробок, – рост его метр семьдесят три.
Иван улыбнулся.
– Лет двадцать назад я бы не усомнился, что вижу представителя сильного пола, подумал, что женщины носят обувь от тридцать четвертого до тридцать девятого. Но сейчас параметры изменились.
Ада Марковна взяла лист бумаги и начала его складывать.
– Моей племяннице четырнадцать, она вымахала под два метра, ножка сорок второго размера, объемы: восемьдесят два – пятьдесят девять – восемьдесят. Моделью стать мечтает.
– Кто вы, мистер Икс? – пробормотал Иван.
– Или миссис, – добавил Миша.
Тем временем таинственная личность медленно, чуть прихрамывая, брела по коридору к лифту.
– Сейчас мода дурацкая, – сказала Дюдюня, – раньше все было понятно. Если юбка, туфли на каблуках, помада, тени, то это определенно девушка.
А нынче? Мужик так нарядится, да еще накрасится, что и не поймешь сразу, кто он. Он – это он или она? Или вообще оно?
– У человека из кармана что-то выпало, – сказала я.
– Где? – заинтересовался Иван."
"– Возле противоположной стены валяется, – ответила я, – человек шлепнулся на пятую точку, а из кармана пиджака выскользнула какая-то маленькая блестящая штучка.
– Момент, – протянул Коробок, – уно секундос, битте! Коробочка! Небольшая совсем.
