— Я давно уже не писаюсь, — совершенно искренне произносит девчонка, от чего мне становится одновременно горько и смешно.
— Это в другом смысле. Извини, я забыл, что ты ребенок.
— Скорее бы вырасти уже.
— Не спеши во взрослую жизнь, у нас свои проблемы. Почему тебя выгнала мама? — молчит, уткнувшись в сжатые ладони. — Однажды я вот также разговаривал с твоей сестрой после того, как твоя мама ее выгнала за приставание к ее… мужу. А тебя за что? — девчонка переводит на меня взгляд. Пристально всматривается, а потом ее глаза наполняются слезами.
— Я не приставала к нему. И ничем не крутила перед Стасом, как говорит мама. Я вообще ничего не делала!
— И Женя тоже. Не кричи. Присядь на подоконник, пол холодный.
— Не буду. У меня все горит!
— Ясно. Скажи, а как давно твоя мама живет с этим Стасом.
— Всегда. В смысле я его помню всегда. Я знаю, что он мне не папа, но не знаю точно сколько. А что?
— Да так.
— Мама в общем неплохая, — снова это долбаное дежавю. Чтоб его. — Иногда она бывает очень хорошей.
Правда. А иногда такой… что ее хочется убить, — прикладывает ладонь ко рту. — А, может быть, у нее рак? Я смотрела сериал и там тетенька впадала в такие же припадки ярости, а потом нормальная была. Оказалось, что у нее рак головы. Мозга в смысле. Как думаете?
— Нет.
— Почему?
— Потому что ваша мать такая давно, а описанная тобой онкология столько не длится. Несмотря на то, что ты ребенок, ты все прекрасно понимаешь, просто не хочешь это признавать. Мой тебе совет: не надо искать оправданий для своей мамы.
Да и в принципе для всех. У тебя хорошая память?
— Не знаю, а что?
— Надо, чтобы была хорошая.
— Ну, тогда хорошая.
— Запоминай номер моего телефона."
"Повторяю трижды. Выжидаю ровно двадцать секунд и прошу повторить номер. Тая с заминкой, но все же повторяет.
— Еще трижды, — в этот раз девчонка повторяет слету. — Позвони мне, если что-то случится или тебе нужна будет помощь.
Я бы с легкостью мог расписать ей, что ее ждет, как когда-то Жене, но это глухой номер.
При помощи Пети на раз-два можно лишить мамашу родительских прав. И никакая мразь не продолжит ломать психику девчонке. За детдом спасибо никто не скажет, но ведь ее могут удочерить. Да хотя бы я. С помощью того же Соболева, быстро и без бумажной волокиты. Наверное, дальше я бы еще глубже погрузился в думы о том, как бы мог зажить с удочеренной девочкой, напоминающей мне мою дочь, если бы из квартиры не вышла Женя с клеткой и пакетом в руках.
