Судя по ноутбуку Павла, противника вокруг нет. Двадцать минут ждём, пока “механики” готовят орудия. Снова взлетает дрон и начинают грохотать орудия. Следом подключаются миномёты. Разница только в том, что на этот раз никто не атакует. Что, пожалуй, к лучшему. Здесь не настолько удобная позиция для защиты, как на М7.
Деревья приближаются к асфальту намного ближе. Что сужает возможности бронетехники. Из плюсов — атаки со стороны Волги ждать вряд ли стоит. Так что, в случае необходимости весь шквал огня обрушится на лес.
Артиллерия работает около двадцати минут. Пару раз делают перерывы, перемещая дрон в сторону. Оно в целом понятно — поразить относительно небольшое здание медблока, закрытое корпусами не так просто. Но в конце концов “Ключ” сообщает об успешном уничтожении объекта.
На разведку решаю отправиться в прежнем составе. Когда отходим в сторону от полосы асфальта и оказываемся под первыми деревьями, сзади слышится крик Павла.
— Цели! Много! Отходите!
Делаю рывок назад. Вижу движение перед собой и вскинув “Ястреба”, вжимаю спусковой крючок.
Отступаем. На ходу бросаю назад термобарическую гранату. Сразу после взрыва слышится несколько яростных воплей боли. А мы успеваем добраться практически до своей линии обороны. Навстречу выдвигаются Кира и Руслан, часто бьющие короткими очередями по целям за нашей спиной. Слышу грохот “Единорога” Анны.
Когда перепрыгиваю через окоп, вижу мелькнувшую справа тень. Руслан отлетает в сторону, как плюшевая игрушка. Пытаюсь прицелиться, но не хватает скорости.
“Снайперский прицел” улавливает только смазанные движения. Как эта тварь движется настолько быстро? Солдат “механиков” с воплем валится на асфальт, заливая всё кровью из наполовину разодранной шеи. Вижу, как Анна с перекошенным лицом пытается взять кого-то на прицел за моей спиной. Начинаю оборачиваться. Мощный удар отправляет в полёт. Пропахиваю телом дорогу.
Ухо, которое не стесалось об асфальт, фиксирует стрельбу и крики вокруг. Бьёт “Единорог” нашей лучницы.
Переворачиваюсь. Правой рукой подтаскиваю оружие, пытаясь вернуться в состоянии боеспособной единицы.
Наш участок обороны практически выпотрошен. В наспех вырытых окопах пара ошалевших солдат, ведущих беспорядочную стрельбу и с десяток трупов их сослуживцев. Матерясь, пробую подняться. Кто — то хватает за плечо и поднимает в воздух. Подсознательно сжимаюсь, готовясь к ещё одному броску в сторону. Но вместо этого перед глазами начинают мелькать картинки.