Злобинец смущенно молчала, а я тут же потянулась за кедами.
– У Валюши «газелька» опоздала!
– Какая «газелька»? – удивилась мама.
– Такая «газелька»! Злобинец снова переезжает… Третий раз за год!
Мама внимательно посмотрела на Валюшу, а та сразу покраснела как рак.
– Это правда? Снова переезжаешь, Валентина?"
"– Ага, правда! Там тараканы на кухне, – пробормотала Злобинец.
– И по этому случаю ты, Валерия, такой марафет навела? – не отставала с расспросами мама.
– Ой, да какой там марафет! – усмехнулась я.
– Лера! – строго позвала мама. – Ты мне снова врешь?
Я выдержала мамин пристальный тяжелый взгляд. Для меня обманывать – раз плюнуть…
– Не вру, – только и ответила я. – Буду поздно. Спать ложись и ни о чем не беспокойся! Такси до дома вызову…
С этими словами я распахнула тяжелую дверь и юркнула в подъезд. Раскрасневшаяся Валюша, пискнув моей маме: «До свиданья!», выбежала следом.
– Сейчас из окна еще пялиться будет, пока мы по двору идем, – сердито проговорила я, заходя в лифт.
Придирчиво осмотрела себя в зеркале. Достала карандаш для губ и принялась поправлять и без того безупречный макияж…
– Ох, Лерка… – снова начала Валюша. – Мне кажется, тебя мама раскусила! К тому же такой вечер…
– Зло, замолчи уже! Я поняла тебя с первого раза! Луна в Тельце, новолуние… У-у-у! Но если проболтаешься моей маме, где я, тебе несдобровать! Поняла меня?
Все это я говорила, глядя на подругу в зеркало. Злобинец только растерянно кивала…
Темно-фиолетовые тучи нависли над верхушками серых многоэтажек.
Вдали слабо громыхнуло.
– Блин, грозы бы не было… Вечеринка-то на крыше! – поглядывая на потемневшее небо, проворчала я.
Мы с Валей плечом к плечу брели по тихому двору. Мягкие подошвы моих кед неслышно ступали на асфальт. Спиной я чувствовала внимательный взгляд матери. Стоит и смотрит на нас из окна пятого этажа…
– Вечеринка на крыше? – снова ахнула Злобинец. – Лерочка! Новолуние!
– Думаешь, я с этой крыши навернусь? – угрюмо отшутилась я.
– Знаешь, всякое может случиться… – покачала головой Валя. – Ты и чикибрикнуться можешь!
– Как ты сказала? Чикибрикнуться? – Я засмеялась. – Ты, Валюша, как ляпнешь…
Когда дошли до остановки, ветер подул сильнее. Снова прогремел гром… Все-таки грозе сегодня быть.
– Поражаюсь я тебе, Журавлева! – проговорила Валя, глядя на меня. Она стояла напротив, и ветер трепал ее короткие кудри.
