Последовала пауза, после которой Кейд поинтересовался:
— А если бы он попросил… твоей руки, ты сказала бы «да»?
Ощущение его ладони поверх моей действовало на меня успокаивающе, и хотя, казалось, что из всех возможных людей, я должна была чувствовать себя некомфортно, лежа в постели рядом с Кейдом, в действительности это было не так.
— Я не знаю. — Слова покинули мой рот необдуманно, но я понимала, что они были правдивыми. Я любила Блейна, но последние несколько дней показали, что за время наших отношений вместо того, чтобы больше мне доверять, он любой ценой пытался от всего меня защитить.
Кейд ничего больше не сказал и только усиливал нажатие на мою руку до тех пор, пока ладонь не раскрылась и наши пальцы не переплелись. Я повернула голову, чтобы на него посмотреть, но его глаза были закрытыми. Потянув сильнее одеяло на нас обоих, я глубоко вздохнула и тоже закрыла глаза.
Разбудил меня звук раздавшегося грома. Когда мои глаза открылись, я увидела, что спальная снова была погружена в полумрак, и через некоторое время по окну застучал дождь, подтверждавший, что на улице разразился шторм.
Кейд всё ещё спал. Он ни разу не поменял позы, и я надеялась, что под воздействием обезболивающего он проспит ещё как минимум пару часов.
Обезболивающее.
Я поморщилась. Хорошая же из меня получалась сиделка. Доктор говорил, что лекарство следовало давать вместе с едой. Чёрт.
Вытянув руку из-под пальцев Кейда, я поднялась с кровати и, закрыв за собой дверь в спальную, прошла на кухню в поисках того, что можно было приготовить.
В одном из ящиков лежала смесь черничных кексов, и я решила, что с йогуртом они вполне могли спасти ситуацию.
Смешав тесто в пиале, я аккуратно разлила его по ёмкостям в форму для кексов и поставила в разогретую духовку. У меня в запасе оставалось около пятнадцати минут, и я решила воспользоваться ими, чтобы принять душ. Уже наливая в ладонь кондиционер, я вдруг вспомнила о том, что не добавила в тесто ни капли масла.
— Чёрт, чёрт, чёрт!"
"Быстро выключив воду, я потянулась к вешалке за полотенцем, но не обнаружила ни одного, потому что весь запас был отдан доктору Санчесу.
Тем не менее, я понимала, что если не потороплюсь, то вся выпечка получится твёрже камня. Чертыхаясь под нос, я с трудом натянула нижнее бельё на мокрое тело и, оставляя на полу влажные следы, побежала босая и почти обнажённая на кухню.
Вытянув противень, я с облегчением увидела, что кексы всё ещё оставались в середине жидкими.
