— Ты не сказал, мне нужно тебя дожидаться или нет, — бормочу неуверенно, потому что взгляд Демьяна скользит по моим голым ногам.
Каренин не раз видел меня в шортах, но почему-то сейчас все совсем иначе. Хотя на мне не сексуальные шелковые шортики, а обычные, хлопковые, со смешными кошачьими мордочками.
— Демьян! — прикасаюсь к его локтю, он сбрасывает мою руку.
— Ангелина, иди в свою комнату, — не просто говорит, приказывает. — И на будущее уясни. Если я поздно прихожу домой, ты сидишь в своей комнате и не высовываешься, поняла?
— Этого не написано в договоре, — пробую защищаться, но Демьян берет меня за запястье и тянет в мою комнату.
Заталкивает внутрь и закрывает дверь.
— Не написано, значит напишем, — слышится снаружи глухое, затем шаги отдаляются, и я остаюсь в полном недоумении, если не сказать в шоке.
Это что только что было?
***
Утром меня будят умопомрачительные запахи поджаренного хлеба и кофе. Открываю глаза, вижу над собой незнакомый потолок и несколько секунд соображаю, где я.
Но ни в одном из вариантов не включен вкусный завтрак, зато молнией простреливает, что завтрак должна готовить я! Потому что я работаю горничной у Демьяна!
Дальше как в ускоренном видео — я вскакиваю, сбрасываю пижаму, натягиваю спортивные штаны с футболкой.
Влетаю в кухню и передо мной предстает шокирующее зрелище: Демьян стоит у плиты, на которой в кастрюльке кипит вода.
На столе стоит блюдо с поджаренными тостами. Подготовленные крем-сыр, руккола и нарезанные ломтики лосося говорит о том, что на завтрак Каренин готовит тосты с лососем и яйцами-пашот.
Судя по венчику в его руке, я угадала.
— Извини, Демьян, я... — бормочу виновато, но он перебивает.
— Долго спишь, Заучка, я предупреждал, что встаю рано. В следующий раз влеплю тебе штраф.
— Какой штраф? — щеки розовеют от собственных мыслей, которые Демьян как будто считывает.
— Не бойся, трахать я тебя не буду. Просто не засчитаю день. А теперь иди сюда, смотри как я делаю.
— Я умею варить яйца-пашот! — возмущенно вскидываюсь, но Демьян не обращает внимания.
— Уверен, что тосты в тостере ты тоже в состоянии приготовить, — отвечает абсолютно невозмутимо, — но я хочу, чтобы ты увидела не что я люблю, а как.
Он говорит это таким тоном, что я мучительно краснею. Ну почему он говорит так, будто имеет в виду совсем другое?
Гадский Каренин продолжает словно ничего не произошло:
— Я люблю чтобы тосты были именно такого цвета. Яйцо я варю ровно три минуты. Так что лучше смотри и запоминай.
