Точнее он не спал, смотрел в потолок и пытался уснуть, тогда как жена мирно посапывала у него на плече, обхватив его торс руками. Около часа ночи зазвонил его сотовый. Артур лениво протянул руку за аппаратом на тумбочке, но когда увидел номер — резко сел на постели.
Уже через минуту он полностью оделся. Алена проснулась, в недоумении глядя, как он подхватил ключи от машины и рванул к двери:
— Ты куда?
— Спи. Я скоро буду, — бросил он и выскочил из спальни как ошпаренный.
Я приехала в ночной клуб ""Сова"" ближе к десяти вечера.
У меня было превосходное настроение. Сегодня мне удалось вызвать в нем ревность. Нет, ее зачатки, а значит Чернышев уже ко мне неравнодушен. Если честно я не ожидала встретить его здесь. Я и в самом деле поехала развлечься, устроить себе легкий шопинг. Терапию золотом, как это называл Герман, когда хотел ко мне подмазаться. Тимофея я и правда встретила случайно, но встрече была рада. Мы выбрали подарок его жене, а потом решили выпить по холодному коктейлю и распрощаться. Артура я заметила сразу, как только вошла в темное помещение.
Наверно я узнавала его по запаху, по животным флюидам, исходящим от него. Заметила и решила подействовать ему на нервы. Я, конечно, не была уверенна в успехе, но все же мне удалось его разозлить. Банальная ревность — ""почему она дает ему и не дает мне"". Но это уже чувства, это уже то, что мне было нужно, и я ликовала, а потому настроение у меня было по высшему классу. Я даже не обратила внимание, что обещанной охраны в ""Сове"" ни сном ни духом, а среди публики одни малолетки, хотя мне были обещаны взрослые посетители.
Кроме того ""Сова"" оказался стриптиз-баром. В таких заведениях я раньше никогда не пела. Но я уже приехала, да и гонорар был обещан нехилый и аванс я уже получила. Так мне и надо, не нужно было соглашаться, но отступать поздно. Я привела себя в порядок в гримерке и вышла на сцену. Толпа завелась с пол оборота, поначалу мне даже нравилось, что все смотрят на меня, а не на голых девушек. Беспредел начался внезапно.
Кто-то из толпы крикнул, что им обещали голых певиц, и они за это заплатили, а потом меня узнали, и требования, чтобы я разделась, стали произносится все настойчивей. Я еще не чувствовала опасность, а когда она грозно надо мной нависла в виде наступающей толпы стало уже поздно. Барабанщик рявкнул мне чтобы я быстро шла за кулисы. Он пытался сдержать толпу, как и два желторотых охранника, которым с трудом удавалось оттаскивать от сцены особо прытких.
