Он психанул, швырнул мобильник на заднее сиденье, закурил.
— Когда только все успевает? Я ж раньше ее с офиса вышел. Вот стерва а? А вообще все неприятности начались с тех пор, как она появилась. Вот только в город въехала, и пошло все наперекосяк. Может и пожар она устроила? Сучка! С нее станется. Только зачем? Почему именно я?
Я смотрела, как Алена жадно поедает свой завтрак, как дрожат у нее руки, и попивала кофе. Впервые я общалась с ней так близко и видела совсем рядом. В ресторане Алена показалась мне красавицей, а вот сегодня я даже решила, что она жалкая.
Именно жалкая. Забросила себя, волосы нечесаные, глаза опухли, оделась как пугало. Что ж не удивительно, что муж ей изменяет. Артур всегда любил все самое лучшее, и Алена уже не соответствовала его вкусу.
— Может быть это фотомонтаж, знаешь, на что сейчас способны умельцы, кого хочешь в фотку подставят.
— Нет, это он, и вовсе не монтаж. Он всегда мне изменял, с самого первого дня как начали встречаться он сказал мне, чтобы я не ждала от него верности.
Я с трудом сдержалась от язвительной реплики и вместо этого отпила кофе снова. Мне становилось скучно. Алена совершенно неинтересный и пресный собеседник. Уже час она мне жаловалась на Артура, рассказывала какая она несчастная, и как ей не повезло в жизни. Так и хотелось хорошенько ее тряхнуть, чтобы мозги стали на место.
— А ребенок, Артур ведь знает о ребенке?
Алена скривилась, и отодвинула тарелку.
— Знает, конечно. Только не нужен он ему, как и я. Хочу аборт сделать, я-то дура надеялась, что вот этой беременностью привяжу его, верну домой, а он лишь больше от меня отдалился.
Послушала я свою мамочку, она говорила, что рожу и он остепениться. Жаль ее собственные ошибки я не заметила. Отец развелся с ней и меня забрал. Ребенок ей не помог.
По мере того как она говорила мое отвращение к ней росло в геометрической прогрессии. Она хочет сделать аборт? Идиотка! Чего ей не хватает, любви мужа? Денег? Свободы? У нее все есть, ее холят и лелеют, а она об аборте думает.
— А что Артур насчет аборта говорит? — вкрадчиво спросила я и замерла, ожидая ответа.
Алена расклеилась снова:
— Запретил, отобрал у меня карточки, наличку. Я даже если захочу не смогу сделать.
В меня словно дьявол вселился:
— А ты все еще хочешь?
— Еще как хочу, эта беременность меня доконала, токсикоз, волосы выпадают, сил никаких нет. Ночью бессонница, спиртное нельзя. Я даже в ванной парилась, тяжелое таскала, а он сидит во мне этот ребенок.
