А потом он все же бросил взгляд на сцену, если так можно было назвать освещенный красным фонарем пятак, и меня пронзило током. Его глаза. Они были пронзительно-синие, как кусочки неба после грозы. Взгляд тяжелый, его чувствуешь всем телом, словно смотрит прямо в душу. Теперь я пела для него. Мой репертуар полностью изменился, и не только репертуар, изменилась я сама. Завсегдатаи улюлюкали, удивляясь перемене, словно чувствовали, что теперь я пою всем сердцем, а я просто смотрела на него и слова сами рвались наружу. Теперь парень смотрел на меня с интересом, он даже забыл про свою спутницу.
Пускал колечки дыма и не сводил с меня своих изумительных глаз."
"Все моя воодушевленность нынешним вечером испарилась, когда я пересчитала деньги, которые заплатил мне Генка, владелец этого гадюшника. Генка, у которого я пахала как проклятая чуть ли не целыми сутками.
— Гена, ты что? Тут же меньше чем вчера, я ведь знаю, что должно быть на сотню больше.
Генка отмахнулся от меня как от назойливой мухи.
— Все что есть, вали домой, Васька, и скажи спасибо.
У меня от обиды даже слезы на глазах выступили.
— Ген, я ж сегодня четырнадцать часов отработала. Музыку постоянно заказывали.
Генка с раздражением отодвинул меня в сторону и хотел выйти в опустевшую залу, но я схватила его за руку.
— Не заплатишь — больше не выйду.
Мужчина резко схватил меня за запястье и выкрутил его так, что у меня искры с глаз посыпались.
— Ты, рвань подзаборная, спасибо скажи, что я вообще тебе работу даю и хоть что-то плачу. Уйдешь — нигде работы не найдешь.
Я тебе обещаю — ни в одно заведение кроме борделя не возьмут. Да и там хорошо подумают. Посмотри на себя — кожа да кости, подержаться не за что. Выглядела бы хорошо так и платили бы тебе больше. Тоже мне звезда выискалась. Пошла вон.
— Скотина! — Я плюнула ему в лицо и в этот момент он замахнулся.
— Девушку в покое оставь! И лапы от нее убери!
Я обернулась. В проеме двери стоял тот парень, ради которого я весь вечер пела так, как в последний раз. Генка нахмурил бесцветные брови.
— Мы уже закрылись, так что будьте добры — освободите помещение.
Парень усмехнулся:
— Ты бы охрану себе завел что ли. Девочку отпусти и деньги отдай.
— Да пошел ты! — Генка оттолкнул меня с такой силой, что я больно ударилась о стойку бара. Он повернулся к парню, — мне охрана не нужна — я сам тебя уделаю.
В тот же момент мой неожиданный спаситель резким ударом ноги уложил Генку на кафельный пол, навалился на него сверху и сдавил ему горло одной рукой.
