Обнимаю подушку, на которой он спал, и пытаюсь ухватить еще хотя бы минут пятнадцать полудрёмы. Так хорошо, не хочется отсюда вылазить. За окном еще слышится дождик, и в комнату сегодня не попадает солнце.
– Этель, пора вставать, – Маргарита Антиповна рушит мою маленькую личную сказку.
Интересно, заметит, что в моей комнате все уже пропиталось запахом ее внука? Она внимательно осматривается, хмурится.
– Поднимайся, девочка. Пойду Артема будить.
Слышу в коридоре голоса. Не спит уже ее внук. Я тоже встаю, застилаю постель и иду умываться.
Дверь в комнату Артема приоткрыта. Голоса переместились туда. Тихий спор между бабушкой и внуком, но разобрать ничего не выходит. Скрываюсь в ванной, привожу себя в порядок и снова долго колдую перед зеркалом скрывая следы инцидента с матерью.
Возвращаюсь в комнату. Переодеваюсь, забираю рюкзак. С Артемом сталкиваемся в коридоре.
– Я уже и забыла, как ты выглядишь в школьной форме, – улыбаюсь ему.
Недовольно поправляет воротник рубашки, берет меня за руку.
Вместе идем к лестнице и только там я сама аккуратно расцепляю наши пальцы, чтобы не нарываться на скандал. В столовой опять все в сборе. Молча разворачиваюсь, ухожу. Тёма за мной.
– Эля, – нас догоняет дядя Паша, – пойдем к нам. Ника готова извиниться.
– Она знает, где меня найти. Была бы готова, пришла бы в комнату. Дядь Паш, я ничего не имею против вас и знаю, что мы с Артемом были не правы. А также принимаю то, что у вас будет совместный ребенок. Но это никак не влияет на мои отношения с мамой.
Можно простить человека, который правда раскаивается. Таким людям даже слова произносить не надо, все и так видно. Она не раскаивается. Она хочет сделать это только потому, что вы попросили. А значит подобное может повториться. Я с этим не согласна, извините. Позавтракаю в лицее.
– Хорошо, – сдается он, смотрит на сына. Тёма тоже категоричен в этом вопросе. – Позже вернемся к этому разговору. У вас деньги то есть, чтобы позавтракать?
– Есть, – нестройно отвечаем.
– Отец, ты сегодня во сколько планируешь быть дома? – интересуется сводный.
– Поздно. У меня важные переговоры с иностранцами. А что ты хотел?
– Поговорить без эмоций.
– Сегодня вряд ли, Артем. Давай завтра, – протягивает ему раскрытую ладонь.
– Давай, – Север ее игнорирует и резко крутанувшись на пятках уходит к двери.
– Эй, ну ты чего? – догоняю, дергаю его за рукав."
"– А потом он психует, когда я принимаю решения сам! – злится Тёма.
