Раздражение на Лёшу, командировку и друзей начало накатывать уже в душе, когда Инна, намылив голову, услышала, как фальшиво и громко поёт соседка за стенкой. Через вентиляцию звуки доносились слегка приглушённо, но вполне себе отчётливо, и с каждым новым куплетом хотелось проломить стену кулаком и затолкать в глотку певице шампунь. После, на встрече, слащаво улыбаясь, Инна слушала витиеватые речи и косилась на Сергея, поражаясь его терпению. Она бы не смогла раз за разом мягко отвергать возмутительные условия, которые им выдвигали, пытаясь вывернуть договор в свою пользу.
Три часа они просто сидели за столом, попивали чай и слушали, как Сергей упорно гнёт свою линию, а директор также упорно отказывается прогибаться.
К вечеру они вернулись в гостиницу совершенно опустошённые. Всё, чего удалось добиться – подготовить предварительный текст соглашения обещали к завтрашнему обеду. А после Инне любезно предложили посетить питомник, и это скрасило день, ведь экземпляры здесь выращивались и правда потрясающие.
– Эх, жаль, Карине пришлось остаться дома, – вздохнул Димка, когда они расселись за столом в ресторане при гостинице. – Ей бы здесь понравилось.
– Тут красиво, – кивнула Инна, покачивая в руке бокал с белым вином. Прямо за просторной террасой раскинулось озеро. Его окружали холмы, покрытые густыми зарослями, и днём оно казалось сверкающей каплей, отражая безупречно голубое небо. Приторно-сладкий аромат цветов кружил голову. Пожалуй, здесь было слишком красиво, с перебором. От ощущения нереальности зудела кожа, и несколько раз за вечер Инна ловила себя на мысли, что хочет просто подняться, пересечь зал и нырнуть в чёрную воду.
Хорошо бы ещё не выныривать до того момента, как придётся уезжать.
Она не смотрела на Сергея, но взгляд постоянно цеплялся за пальцы, отстукивающие дробь по столу. Длинные, слегка узловатые, они едва касались подушечками полированной поверхности, оставляя чуть заметные отпечатки. От продолговатых ногтевых пластин взгляд поднялся дальше, к фалангам и споткнулся об ободок кольца.
Инна моргнула и спешно отвернулась, невольно стиснув руки под столом, нащупав своё.
– Я, наверное, пойду спать, – она решительно поднялась, глядя только на Димку. – От этих запахов голова уже просто раскалывается.
– Жаль, – вздохнул Димка. – Мы сто лет втроём не собирались.
– Завтра соберёмся, – Инне вдруг стало стыдно перед другом. Их проблемы с Сергеем – это только их проблемы с Сергеем, и они не должны касаться третьих лиц.
