– Инн, ну зачем ты пошла под дождём? Могла бы подождать, когда он закончится. Смотри, ты вся ледяная.
Она послушно поднимала и опускала руки, пока он раздевал её. Кивала, слушая привычный монотонный голос с лёгкими нотками заботы. Позволила завести себя в душ и энергично растереть под тёплой водой. А потом, так же безразлично, обхватила руками шею, когда Руслан поднял на руки и отнёс в спальню. Когда он лёг рядом, подумала – интересно, чем сейчас занят Серёжа? Представить было несложно, и сердце тут же сжалось.
Руслан мягко обнял её, притянул к себе, поглаживая по спине. Тихо спросил:
– Инн, у нас всё в порядке?
– Почему ты спрашиваешь? – она повернулась, внимательно посмотрела на него.
– Не знаю. – Руслан слабо улыбнулся. – Ты уже месяц меня избегаешь. И сейчас… Мне кажется, ты чем-то расстроена.
– Тебе только кажется. – Инна улыбнулась в ответ, погладила его по щеке. – Я просто замёрзла.
– Хочешь, я тебя согрею, – шепнул он, выцеловывая скулу."
"Судорожно вздохнув, Инна обняла его шею, притянула к себе жарко выдохнула на ухо:
– Согрей, Русь.
Мне так холодно. Ты даже не представляешь, как мне сейчас холодно!
Забравшись под одеяло, Света взбила подушку и потушила ночник. Дождь барабанил по крыше, Лёва давно уснул, а она не могла оторвать глаза от телефона, ожидая ставшего уже привычным пожелания спокойной ночи от Никиты. Не выдержав, написала сама:
Уже спишь?
Потёрла влажные ладони, плавясь от нетерпения. Никита как нарочно выдерживал паузу, не спеша отвечать, хотя прочёл сообщение сразу.
Нет. Фантазирую.
Хотела бы я посмотреть, как ты фантазируешь.
Света хихикнула, представляя, чем именно он сейчас занят. После того, как ушёл от неё неудовлетворённым, это было вполне предсказуемо.
Любишь подглядывать, Лучик?
Люблю смотреть на тебя без одежды.
Прикрыв глаза, Света представила, что Никита сейчас рядом. Даже почувствовала, как проседает кровать под его весом, а ключиц касается горячее дыхание.
О чём ты думаешь?
О том, что ты рядом.
Она могла прямо сейчас переместиться к нему.
Или, наоборот, попросить, чтобы он пришёл. Но что-то останавливало. Никита правильно сказал: ожидание и предвкушение выводили возбуждение на новый уровень, заставляя желать с такой силой, что каждый нерв натянут, как струна.
И что бы ты делала? Если бы я был рядом?
Она так отчётливо услышала мурчание в его голосе, что стало жарко. Обольстительно улыбнувшись, будто он мог её увидеть, набрала:
Я бы заставила тебя умолять не останавливаться.
