Сын жаждет сражаться. Отец мечтает его приструнить. Оба преисполнены сил и страстей. Давно забыли про компромиссы. Плевать им на возможность договориться. Их стихия – война. До последней капли крови. До жесточайшего конца.
Им это нравится. Разыгрывать битву за битвой. Ломать чужие судьбы. Собственную жизнь уродовать и корежить. Им просто не свойственно спокойствие. Претит. Бесит. Раздражает. Они рвутся на поле боя. В самую гущу. Неугомонные. Бешеные.
А я? Я просто пытаюсь остаться собой.
Никогда не преступала закон.
И вот. Наряжаюсь в форму дежурного, выдаю себя за другого человека, чтобы проникнуть на территорию следственного изолятора. Если поймают, вычислят моментально. Подобный поступок вряд ли хорошо скажется на решении суда относительно того, с кем должны остаться мои дети. Подвергаю себя опасности, безумному риску. Все на карту ставлю ради единственной встречи.
Но это и правда серьезно. Никита должен выждать, действовать по закону, по правилам. Нельзя рубить сгоряча, устраивать побег. Надо его вразумить.
Пусть потерпит, выждет. Сейчас очень важно выиграть время, проявить терпение. Его отец одумается.
Надеюсь. Ох, я действительно сильно надеюсь на благоразумие Багрова-старшего. Ну не заключит же он собственного сына в тюрьме? Может, его дьявольский план как раз и состоит в том, чтобы провоцировать на побег? Окончательно загнать в ловушку?
Если бы я могла уговорить Михаил, попросить его забрать заявление, отозвать показания. Побудить к закрытию дела. Но бывший супруг и в отношении наших детей отказывается идти на контакт.
Здесь точно не согласится. Упрется как баран.
- Ну как? – оживленно интересуется Тайсон, когда я усаживаюсь в его автомобиль, начинаю переодеваться прямо на заднем сиденье. – Он согласился подождать?
- Нет, - вздыхаю. – Ник стоит на своем.
- Черт! – бьет по рулю. – Вот идиот.
Я должна была лучше стараться. Найти правильные слова, подобрать разумные доводы и аргументы, вразумить, наставить на верный путь. В моем распоряжении оказалось целых полчаса. А я просто слила все это.
Позволила Зверю выбить почву из-под ног.
Тайсон явно ожидал от меня другого. Я сама уж точно ожидала другого. И вот вдруг такой поворот.
Боже. Память свежа. Еще горят на моей коже прикосновения. Губы жжет от диких поцелуев. Между ног саднит от одержимого вторжения.
- Можно я чуть позже форму дежурного верну? – спрашиваю, заметив красноречивые пятна на штанах. – Нужно сначала постирать…
- Да хоть сожги, - отмахивается. – Не надо ничего возвращать.
