* * *– Как думаешь, надолго он там угнездился?
– А тебе бы все гадать…
– Да ладно, не кипишуй, надо же как-то развлекаться, пока тупо ждем. Жилой дом, значит, в гости при-ехал.
– Или с бабой залег.
– Тогда это надолго…
– Не факт. Если женатый, то может по-быстрому – и домой. Семейный покой блюсти надо.
– Тоже верно. У нас чипсы остались?
– Сзади посмотри, должна быть еще пачка.
* * *– Смотри-ка, выходит. Ты был прав, быстро управился.
– Ага. И с бабой. Сообщи на базу, пусть запросят инициатора.
– База, я Фикус. Объект вышел из здания, с ним контакт… Понял.
– Ну, что сказали?
– Сказали контакт тоже принять.
– Плющ, принимай контакт, пятый «бэ-эм-вэ», черный, Владимир, сто пятьдесят восемь, Елена, Михаил, сто девяносто седьмой.
– Принято.
* * *– База, я Плющ, контакт въехал на территорию частного строения, припарковал машину, зашел в дом, открыл своими ключами. Адрес: поселок… улица… дом номер… Сообщите инициатору.
Хомич"
"Анна Эдуардовна Москвина служила в Твери, но родом была из Бежецка, старинного города в Тверской области.
Чтобы не поднимать слишком много пыли, Хомич, получив основные установочные данные, решил для начала поговорить с кем-нибудь из одноклассниц или друзей детства Анны, а уж потом наведаться по месту ее регистрации. Ехать в Бежецк не хотелось: 126 километров, не меньше двух часов придется потратить на дорогу и потом столько же на обратный путь. Местные оперативники помогли быстро найти в Твери нескольких человек, учившихся в бежецкой школе в одном классе с Москвиной и переехавших в областной центр, и через пару-тройку часов майор Хомич уже знал, что «Анька всегда была азартной и верила: если много раз пытаться, то когда-нибудь ей обязательно обломится»; «Аня врала, как дышала, на нее даже сердиться было невозможно – настолько артистично она это делала»; «она после школы, еще в Бежецке, немножко потусовалась с нами, буквально месяц или два, потом свалила сюда, в Тверь, и пропала, здесь у нее родня какая-то.
Нет, не в том смысле, что пропала с концами, просто перестала общаться, сама не звонила и не писала никогда, а если мы ее приглашали встретиться, всегда ссылалась то на работу, то на личную жизнь»; «личная жизнь у Анютки еще в школьные годы была бурная, она, наверное, и замуж рано выскочила, сейчас, поди, уже детей кучу нарожала».
Муж у Анны Эдуардовны и в самом деле был. По крайней мере, официально.
