Уже двое суток Бродерик с капралом и помощником метались по всему левому берегу, расспрашивая о пропавших без вести женщинах. На их вопросы владельцы ночлежек и борделей только разводили руками. Да, может, и были какие пропавшие внезапно. Нет, не доносили властям. Зачем внимание полиции лишний раз привлекать? Мало ли, девицы домой уехали или к хахалю. А что вещи оставили, так хахаль, может, богатый попался или собирались впопыхах. Бывает, дело-то житейское.
Дежурный лекарь из академической больницы, вызванный Салливаном сразу же после того как тела привезли в участок, явился только через три дня.
Комната, предназначенная для хранения трупов, успела донельзя провонять. Обычно если в ней и держали умерших, то куда свежее и сохраннее. Работавшие в соседних кабинетах полицейские потихоньку начинали бунтовать, высказывая Бродерику свое негодование во все более свободных выражениях.
Наконец-то соизволивший появиться лекарь брезгливо сморщил нос, даже не дойдя до комнаты с трупами.
Прикрыв лицо платочком, он от порога, издалека, бросил беглый взгляд на умерших, выложенных в ряд на параллельных столах.
– Удушение, колотые раны в область груди. Женщины, блондинки, от шестнадцати до тридцати.
– Это мы все и так уже знаем. Может, какие-нибудь особые приметы назовете, чтобы их хоть опознать можно было? Или про убийцу что-нибудь? Хоть какую бы зацепку. Может, он след какой оставил?
– Какой след, юноша? – Маг воззрился на Салливана сверху вниз, пользуясь своим незначительным преимуществом в росте.
– Они в воде были от четырех дней до двух недель. Все, что могло на них оставаться, давно смыто или сгнило.
– А водники? – заикнулся было Бродерик.
Маг фыркнул, прикрывая дверь и убирая платок ото рта.
– Водники вам и этого не сказали бы. Они только и умеют, что чайники взглядом кипятить.
Да, это Салливан зря. О взаимной нелюбви между факультетами и направлениями он знал не понаслышке. Огневики презирали водников, водники смеялись над воздушниками, а лекари задирали нос перед всеми подряд, потому что они спасали жизни, а не баловались со стихиями.
Да и денег зарабатывали не в пример больше.
Кстати, об Академии. Интересно, как поживает та диковатая травница из борделя? Кажется, она собиралась поступать…
Бродерик замер от неожиданной и крамольной мысли. А что? Хуже не будет.
Через сорок минут он уже стучался в запертые двери борделя мадам Лалики.