Как только дверь за ним закрылась, с лица Кевина исчезла улыбка. Он перебрал все комплекты одежды и перебросил один Нилу, однако тот ловить не стал, и вещи упали ему под ноги.
— Одевайся, — скомандовал Кевин. Видя, что Нил не сдвинулся с места, он прибавил: — Да пофиг мне на твои шрамы, уймись уже. Гораздо больше меня волнует, как бы ты не запорол съемки.
Нил смерил Кевина мрачным взглядом. Когда тот начал переодеваться, Нил поднял одежду с пола и повернулся к нему спиной. Он надел новую кофту поверх той, что была на нем, потом вывернулся из старой и вытащил ее через ворот.
Пришлось повозиться, зато почти получилось не показывать голое тело. Со штанами было проще, поскольку бо́льшая часть шрамов приходилась на торс. Тщательно разгладив кофту, Нил отнес свою старую одежду на стойку и встал как можно дальше от Кевина.
— Прекрати вести себя как ребенок, — поморщился Дэй.
— Зря я согласился.
— Нет, не зря. И будь добр, постарайся произвести хорошее впечатление. — Кевин оглядел свое отражение в зеркале и расправил манжеты.
Подумав, он снял бандаж, фиксировавший запястья, и отложил в сторону. — Отвечай на вопросы Кэти, но не позволяй ей перетягивать одеяло на себя. Этот эфир — о нас, а не о ней, и она не звезда, а всего лишь телеведущая.
— Ври и улыбайся, — сказал Нил своему отражению.
— Врать совсем не обязательно, — возразил Кевин. — Разговор будет только об экси.
— Не обязательно? — эхом отозвался Нил. — И это говорит человек, который только что на голубом глазу втирал Кэти Фердинанд, какие молодцы Лисы… Который убедил комитет в том, что… — Он запнулся, не находя в себе сил произнести это вслух.
Потом наклонился и прижался лбом к прохладному зеркалу. Силясь отогнать приступ паники и выровнять дыхание, Нил начал считать про себя, но желудок скрутило от волнения."
"Нил вцепился обеими руками в угол стойки и замер.
— Убедил комитет в чем? — переспросил Кевин.
Нил зажмурился.
— Зачем ты наплел КРЭ, что в будущем меня ждет место в сборной?
— Затем, что, когда ты прекратишь выеживаться и начнешь делать то, что я скажу, так оно и будет.
Значит, Эндрю не обманул. И газеты тоже. Несмотря на всю свою грубость и раздражительность, Кевин Дэй верит в потенциал Нила; он намерен его тренировать, вместе с ним выходить на поле и однажды слепить из него чемпиона, каким некогда был сам. И Кевин не простит Нила, если в середине осени тот тайком покинет команду. При одной мысли об этом хотелось выть.
