Но Танечка все равно обожает Мишу, она служит ему домработницей, психотерапевтом, коллегой, медсестрой, любовницей, другом…
Что же касается Насти, то не всякая мать способна так заботиться о дочери, как это делала Таня в отношении падчерицы. Причем Танюша любила Настю разумно, она не засыпала девочку подарками, не пыталась «купить» ее, порой наказывала за шалости и находила время, чтобы водить крошку на занятия: бассейн, художественная гимнастика, английский язык. А какие детские праздники закатывала Таня! В квартире Медведевых накрывался стол с роскошным угощением, а после обильного ужина гостей ждала программа развлечений.
Естественно, в роли повара, официанта и аниматора выступала Таня, Миша сидел в рядах публики.
Несчастье случилось на следующий день после десятилетия Насти. Миша отправился проведать бывшую тещу, Елену Сергеевну, Таня осталась дома.
Гости Насти ушли очень поздно, утром в квартире царил полнейший разгром, и Таня хотела в спокойной обстановке произвести уборку. Миша никогда не утруждал себя домашними проблемами, вернее, жена ни за что не допустила бы его к уборке, от него не было никакого толку.
Таня сложила в коробку несколько кусков домашнего пирога, затарила баночки всякими салатами, которые она всегда готовила в немыслимых количествах, и сказала:
– Раз уж Елена Сергеевна простудилась и не смогла прийти на праздник, то пусть хоть угощенье попробует, отвези ей гостинцы.
И Миша благополучно укатил. Настя просилась вместе с ним, но Таня сказала:
– Ты должна убрать за приятелями.
Девочка накуксилась.
– У меня день рождения, – плаксиво сказала она.
– Праздник был вчера, – напомнила мать, – ты играла, веселилась и не помогала накрывать на стол, а сегодня нужно навести порядок.
Школьница надулась и пошла к отцу, тот попытался вступиться за дочь, но жена сказала ему:
– Мне совсем нетрудно самой убрать квартиру, но ребенок обязан знать слово «надо», иначе столько проблем появится лет в тринадцать.
Миша признал ее правоту и велел Насте:
– Погуляла, и хватит, бери тряпку, айда грязь собирать.
Короче говоря, Миша ушел, а Таня с Настей засучили рукава. Через час Таня отправила девочку вынести помойное ведро, и вновь между ними возникло недопонимание. Нет, Настя не спорила, она подхватила емкость, но пошла к двери прямо так, как была: в спортивном костюме и шлепках.
– На дворе холод! – напомнила Таня. Они жили в историческом центре Москвы, в старинном доме, где не было мусоропровода.
– Я помню, – фыркнула Настя.
