Хочу поговорить, попытаться объясниться, ну и, возможно, убедить его вернуться.
- Пойми, он своих ребят насквозь видит, знает, как никто другой. Он сразу крысу найдет.
- Да знаю я! Он бы такого никогда не допустил!
- Ну, вот, а я о чем?..
Крестный продолжительно выдыхает. Быстро раскупоривает бутылку, наливает себе полрюмки и опрокидывает ее в рот.
- Хорош! На клюкве?
- Ага. Ну, так что? Мы поедем? – тихо спрашиваю с надеждой.
- Думать надо. Со Старым поговорить… - смотрит на меня долгим взглядом, - в твоих словах есть смысл, но ты со мной не поедешь.
- Почему? – возмущаюсь я.
Такого допустить я не могу. Что, если это единственный шанс его увидеть?!
- Потому, что я знаю, зачем тебе все это надо!
Подавившись воздухом, замолкаю. Откуда ему знать, если я в течение года ни разу об Алексе не спросила?
- Вон, кольцо его до сих пор таскаешь.
Безмолвно хлопая губами, рефлекторно прячу висящий на цепочке его подарок в кулак.
Глава 35.
Глава 35.
Ненавижу самолеты. Не знаю, как это точно называется – аэрофобия или клаустрофобия.
А может, все вместе. Но находиться с огромным количеством людей в замкнутом пространстве без возможности его покинуть для меня подобно пытки.
Митрич, сидя в соседнем кресле бизнес-класса бессовестно храпит, а я гипнотизирую взглядом плотное одеяло облаков под нами. Чем ближе мы к городу, в котором живет Алекс, тем тревожнее сжимается сердце.
Он не знает, что мы едем к нему. Я смогла уговорить дядю и Митрича не только взять меня в поездку, но и не сообщать Алексу заранее.
Рассчитывала на эффект неожиданности, а теперь трусливо сомневаюсь в правильности принятого решения.
Что, если он не захочет с нами встретиться и выслушать? Что, если его вообще на данный момент нет в городе?
Мысли, одна мрачнее другой, крутятся в голове каруселью и никак не дают успокоиться.
Полет длится всего три часа. После приземления крестный встречает нанятый им автомобиль с водителем и просит отвезти нас в ресторан.
Я сильно нервничаю, в итоге практически ничего не ем.
- Скажи, за все это время Алекс действительно про меня ни разу не спрашивал?
- За какое, за все? Он год в Сирии был, за это время мы с ним ни разу не созванивались.
- Значит, не спрашивал… - проговариваю убито.
- Не спрашивал, - прочистив горло, немного понижает голос, - я ему сам про тебя рассказывал.
- Зачем?
- Мне казалось, он сам спросить хотел, но… что-то его останавливало.
Кисло улыбаясь, я качаю головой. Не верю. Алекс не из робких, если бы хотел – позвонил мне сам.
