Тот окрысился и покраснел:
— С чего бы это?
— Да с того, что с какой стати вы сегодня в поездной душ в шесть ноль пять утра ходили?
— Вам-то какое дело?! Захотел и пошел!
— Правильно. Убийство, как мы установили в ходе осмотра, произошло ориентировочно около пяти тридцати, а в шесть вы вдруг решили воспользоваться единственным на поезд душем. Не знали, что каждого моющегося в спецжурнальчик записывают, когда денежку с него берут? А вы, когда мыться пришли, еще так глупо врать стали. Дескать, я из десятого вагона и фамилия моя Квасов.
Зачем, спрашивается, лгать, если вы ни при чем?
— Никакой душ ничего не доказывает!
— А капелька крови?
— Какая еще капелька?
— Которую вы после убийства спящему гражданину Черевикину на рубашечку нанесли? Капнули сверху со своей перчаточки — очень правдоподобно.
— Откуда я знаю про его рубашечку? И где он в крови вымазался! При чем здесь я!
— А перчаточки?
— Какие еще перчаточки?
— Окровавленные. С вашими отпечаточками пальчиков.
— Не понимаю, о чем вы.
— Выкинули вы их.
В окошко вагона. Непосредственно после убийства. Тонкие, белые, хирургические. Думали, Россия большая, путь из города М. в Москву длинный — никто и не найдет. А ведь наши люди их нашли. Прочесали пути да и обнаружили. И теперь только вопрос времени — провести экспертизу, отыскать там ваши отпечатки и кровь несчастного Черевикина.
На лицо хирурга было жалко смотреть. Он слушал Ходасевича в оцепенении, с неизбывным ужасом.
Поезд вздрогнул и все-таки остановился на станции.
— Так что все для вас кончено, — продолжал полковник в отставке.
— Вы знаете, остановка здесь не запланирована, однако поезд притормозил по моей просьбе. И вот прямо сейчас и здесь, на станции «Рязань», к нам на борт поднимается судмедэксперт, а у него в руках — криминалистический чемоданчик, в коем находится в том числе прибор типа «блюстар» для обнаружения слабовидимых пятен крови. Знаете, такой с люминолом, плюс инфракрасный фонарик. Наверняка в сериалах видали. И знаете поговорку — черного кобеля не отмоешь добела? Это как раз про вас.
Потому что как бы вы в душе ни плескались, никогда следы и пятна крови не отмоете, не ототрете, чтоб совсем незаметно стало. Вот мы их и зафиксируем.
Состав снова тронулся и очень медленно начал набирать ход.
— Прямо тут, в поезде, и запротоколируем вас, не доезжая до Москвы… Так что вы лучше сразу скажите, кому инициатива принадлежала. Организовать убийство и свалить на брата вашей любовницы Черевикина, якобы невменяемого.