– Моя драконица или крепко спит, или ее и вовсе нет. Ты уверен, что она существует?
– Бабушка не ошибается, – твердо заявил муж. – Если она сказала, что ты огненная, значит, так и есть.
– Но ведь Эдуард ничего не увидел!"
"Я села по-турецки и сунула в рот сорванную травинку. Рядом шумел листвой вековой лес Росвика. По яркому небу Квертина неторопливо плыли облака. Пушистые, похожие на больших сказочных слонов. Вдали виднелась цепочка Скалистых гор.
– Ну и что! – упрямо ответил Филипп. Он поправил покрывало, на котором мы сидели, и добавил: – Король не всемогущ.
– А леди Лавиния?
Я, конечно, любила бабушку мужа, но иногда старая леди была слишком уж категорична. Вот с чего она вбила себе в голову, что я – из огненных? Ни Эдуард, ни лорд Сэливан не находили во мне драконьей сущности, но леди Лавиния стояла на своем – «Что я, огненных не знаю, что ли? – заявляла она, разглядывая меня цепким взглядом ясных голубых глаз. – Одни волосы чего стоят! Да я их как увидела, сразу поняла – наша девчонка!».
Сама леди Монд принадлежала к красному клану. И хотя всю жизнь герцогиня прожила среди золотых драконов, она никогда не уставала подчеркивать, что ее сила – в огненной стихии.
– Саннэй, ты должна поверить, – продолжал уговаривать меня муж. В отличие от всех остальных, он принял слова бабушки и пытался разбудить во мне несуществующего дракона. – Без веры у нас ничего не получится.
В том-то и проблема. Я бы и рада была поверить, что где-то глубоко внутри затаилась драконица, но у меня не получалось.
В голове сидели сомнения. Я обычный человек, и родители у меня совершенно обычные. Разве смогу я летать и плеваться огнем, как это делают все крылатые?
– Закрой глаза, – приказал Филипп. – Вслушайся в себя.
Я зажмурилась и попробовала уловить неведомый зов. Ни-че-го. Где-то неподалеку жужжали пчелы, тихо журчала Шона, сквозь сомкнутые веки проникало тепло весеннего солнышка, а я сидела в позе лотоса и думала. Нет, не о внутренней сущности. О собственной жизни.
Как быстро бежит время! Казалось бы, только недавно я жила в Сорске, перебивалась небольшими заработками, дружила с Людкой и надеялась найти смельчака, способного меня полюбить.
И знать не знала ни о каком другом мире и о драконах. А сейчас я – Лэрия Грэн, герцогиня Кронельская, хозяйка Росвика и Кронеля, и жена моего несносного рыжего.
Кстати, о рыжем. Черное озеро вернуло мне мужа, но водник оставил Филу на память две огненные пряди, ярко пламенеющие в черных волосах.
