У нее сумка большая была, вот в нее все и сложила: кольца, ожерелья, колье. А браслет сразу на руку нацепила.
– Что еще?
– Больше я ничего не знаю, клянусь! – затрясся будильник. – И рад бы рассказать, да нечего!
М-да. Какая полезная вещь молоток. Развязывает языки на раз!
– Ладно, поверим тебе на слово, – зевнул Ричард и растянулся на постели.
– Я правду говорю! – вскинулся будильник.
– Проверим. И не вздумай больше звонить, – невнятно произнес кот, впиваясь когтями в одеяло и выгибая спину. – Такой сон перебил, мерзавец! Мне Росвик снился…
Рич примял лапами подушку, устраиваясь удобнее, зажмурился и захрапел.
Натурально так, с руладами и с присвистом. Лицедей.
Я оставила кошарика досматривать сны, а сама пошла готовить завтрак, стараясь выкинуть из головы ночные видения.
– Доброе утро, Лэри.
Стахов возник на кухне совершенно бесшумно. Он обнял меня и притянул к себе.
– Лекс, не старайся, твоя магия на меня не действует, – не оборачиваясь, сказала мачо.
– Это не магия, – серьезно ответил тот.
– Ты мне правда очень нравишься.
– Да?
Повернувшись в его руках, я скептически посмотрела в золотистые всполохи, сверкающие в карей глубине. Стахов выглядел взволнованным. Мне даже показалось, что в его глазах затаилась нежность. А потом, в одну секунду, все изменилось.
– Лэри? – в голосе Лекса послышалось напряжение. – Кто он?
– Что?
– Кто тот мужчина, что поставил тебе брачную метку?
– Лекс, ты не в себе? – удивилась я. – Какую еще метку?
Стахов сжал мои плечи.
– Это Олдэни? – на щеках его заходили желваки. – Это он был у тебя ночью? Ответь, Лэри!
– Отпусти меня.
Я вывернулась из рук мачо и отодвинула разделочную доску от края стола.
– Я убью этого рыжего,– сквозь зубы пробормотал Лекс.
Он еле слышно выругался и полез в карман за сигаретами. Правда, прикурить не успел.
– Кто хочет меня убить?
Этьен, жизнерадостно улыбаясь, возник в дверном проеме.
– О, сырники! – довольно воскликнул злосчастье. – Лерочка, ты чудо! Я говорил, что…
Резкий удар в челюсть заставил рыжего замолчать.
– Я же тебя предупреждал, чтобы ты держался от нее подальше, – в голосе Стахова послышалось раскатистое рычание. – Но ты меня не услышал, и решил прибрать к рукам последнего оставшегося смотрителя!
– Что ты несешь? – удивленно воззрился на него рыжий.
Он потер покрасневшую скулу и перевел взгляд на меня.
– Лерочка, не обращай внимания на этого ненормального, похоже, он немного свихнулся.
