* * *И сейчас я стою у зеркала, а какая-то гримерша с фиолетовыми волосами, покрытая татушками с розами и черепами, красит мне глаза черным карандашом, превращая их в нечто громадное и неестественно яркое. Как у куклы.
— Славик сказал готика — это твое. А я скажу, что он ошибся — это не просто твое, это весь твой мир, вывернутый наизнанку."
"— Что там за кастинг? — мне не нравилось, как она копается у меня в мозгах, глядя на меня через зеркало. Славик как-то рассказывал, что Лика увлекается черной магией и посещает секту.
— Новый выпуск с уклоном в мрачный постапокалипсис. Зомби, вампиры, все дела. Закрой глаза — я добавлю синего.
С удовольствием закрыла. Тоже мне, мой внутренний мир, вывернутый наизнанку. Ясновидящая. Она что-то там чертила кисточкой, красила ресницы, щеки, губы и копалась у меня в волосах. Потом заявила, что менять цвет мне не нужно, именно вот этот темно-коричневый как раз то, что надо. Можно подумать кто-то просил ее красить мне волосы. Когда все было готово она снова уставилась мне в глаза:
— Тьма очень опасна.
Она затягивает. Один раз попробуешь на ощупь ее рваные края и будешь зависима от этой боли до конца своих дней. Не трогай, если не готова. Никогда не переступай черту.
— Не знаю, о чем ты. Мы закончили?
— Знаешь, — сказала очень тихо, а потом добавила, — закончили. Можешь посмотреть в зеркало. Славику понравится. Пусть отменяет всех остальных претенденток. Думаю, на этом его кастинг можно считать оконченным.
В этот момент влетел сам Славик.
— Все. Никаких съемок.
Давай, уматывай отсюда, Дашка.
• Его глаза бешено вращались, и сам он, казалось, стал бледнее стенки гримерки.
— Чего это? — спросила Лика и поправила крутой локон у меня на плече.
— Потому что мужик на ресепшене про нее спрашивал. Крутой такой мужик, со стволом. Передал, что Граф яйца мне оторвет. Ты меня подставить решила, детка? Это Ромео тебя надоумил?
— Подставить? — я встала с кресла и поправила короткое платье. — Не льсти себе. Я решила наконец-то дать тебе шанс, Славик, а ты трусливое чмо, моей родни испугался.
Он стиснул челюсти и перевел взгляд на Лику.
— А что они тебе сделают? Она совершеннолетняя, съемка законная. Без обнаженки.
— Ну на фиг. Журнал закроют сказал. Мать меня с дерьмом смешает.
Я посмотрела на Славика и почувствовала, как от злости начинают дрожать руки.
— Пусть она выйдет. Давай наедине поговорим.
Славик кивнул Лике, и та покинула гримерку, на ходу поправляя длинные волосы и закручивая в высокий хвост на макушке.
