Раздалась настойчивая трель дверного звонка. Как всегда вовремя. Татьяна тут же подскочила с кресла.
— Я сейчас. Можешь не одеваться, гостей не жду, а мы еще не закончили с практической частью.
Подмигнул ей и пошел открывать, заворачиваясь на ходу в полотенце. Ночь звонков и посетителей, мать вашу.
Когда распахнул дверь чуть не выматерился вслух. На пороге мелкая стоит. Глаза огромные, и в них отражается вся моя уродливая сущность, именно в этом отчаянии. Ну, вот тебе и доказательства, мелкая — кто я и какой. Она на меня несколько секунд смотрела, потом на порванные трусы Татьяны на коврике у двери, на ее лаковые туфли, сброшенные как попало прямо в кучу вещей, включая мою рубашку и джинсы.
Проследил за взглядом Дарины и снова ей в глаза, а там слезы блеснули. Я о косяк облокотился и ни слова не сказал, только сигаретой затянулся и дым наверх выпустил. Позволил рассматривать, чувствуя, как внутри появляется злорадная боль. Да. Девочка, да. Я — грязь, и только что трахался. Да. После того, как утром тебя целовал.
Да — сволочь. Больно? Мне тоже. Зато отрезвляет мгновенно. Она глаза опустила и, не сказав ни слова, развернулась на каблуках, пошла к лестнице, сначала медленно, а потом побежала по ступеням. Я слышал каждый ее шаг, он у меня в голове пульсацией отдавал. Давай, беги, все правильно. Быстрее беги, маленькая. Дверь внизу хлопнула, а я волосы взъерошил и со всей дури кулаком о стену, так что в глазах потемнело и костяшки хрустнули.
— Все в порядке?
Обернулся, а сзади Татьяна стоит в моей рубашке.
— Решила что-то на себя накинуть и проверить, не ушел ли ты сам. А то долго не возвращался.
— В одном полотенце? Пойдем, твои условия обсудим еще раз.
Закрыл дверь и прошел мимо нее в комнату.
ГЛАВА 13. Дарина
Я размазывала тушь по щекам. Ненавистно-больно, оставляя полосы от пальцев, вела ими вниз к подбородку и смотрела в зеркало, как завороженная, на эти грязные потеки самоуничтожения.
""Ну что, дура, добегалась? Увидела? Ты этого хотела?""
Нет, я не этого хотела. Как же это отвратительно, чувствовать пропасть между нами.
Словно вся моя уверенность в себе тает, и я превращаюсь в крохотное ничтожество, которому мыли волосы и заставляли переодеваться. Оборванку, подобранную на улице. Дали подачку и выкинули. Исполнили миссию спасителя. Только рядом с ним так. Только он всегда на десять голов выше меня. Рядом с ним я превращаюсь в дрожащую идиотку, которая не уверена ни в одном своем слове или поступке. И эта ревность. Дикая. Звериная.
